Увеличить шрифт: А А А

Йозеф Ратцингер: Папа, который сегодня не подвергается критике, - пренебрегает своим долгом

Фото
Неизданная проповедь кардинала Ратцингера от 10 августа 1978 года
Через четыре дня после смерти Павла VI, архиепископ Мюнхен-Фрайзингский, кардинал Йозеф Ратцингер отслужил в кафедральном соборе баварской столицы мессу за Понтифика. Он произнес проповедь, которая до сего момента была опубликована только в 28 номере бюллетеня архиепархии «Ordinariats-Korrespondenz». Газета Osservatore Romano публикует ее в заключение специального номера газеты, посвященного Папе Монтини в 50-летнюю годовщину его избрания (21 июня 1963 года). Слова этой проповеди во многом кажутся теперь пророческими. 
 
Преображение
 
15 лет в евхаристической молитве во время святой мессы мы произносили слова: «Служим в единстве с рабом твоим, Папой нашим Павлом». Начиная с 7 августа эта фраза опустошена. У единства Церкви в настоящий момент нет какого-либо имени, имя его сейчас состоит в поминании тех, кто предварил нас со знамением веры и почиет в мире. Папа Павел был призван в дом Отца на исходе дня в праздник Преображения Господня, вскоре после того, как прослушал мессу и принял таинства. «Хорошо нам быть здесь», - сказал Петр Иисусу на горе Преображения. Он хотел остаться. То, в чем тогда было отказано Петру, было наоборот даровано Павлу VI в это торжество Преображения 1978 года: он больше не обязан спускаться в повседневность истории. Он смог остаться там, где Господь сидит за трапезой вечной с Моисеем, Илией и многими, приходящими с востока и запада, с севера и юга. Его земной путь завершен. В Восточной Церкви, которую Павел VI очень любил, праздник Преображения занимает особое место. Он не считается событием в ряду других, догмой среди догм, но синтезом всего: креста и воскресения, настоящим и будущим творения, объединившимися здесь. Торжество Преображения Господня является гарантией того факта, что Господь не покидает свое творение. Он не сбрасывает с себя тело, как одежду и не уходит из истории, как с театральных подмостков. Осененные крестом, мы знаем, что именно так творение идет к преображению. 
 
То, что мы обозначаем как преображение, называется на греческом языке Нового Завета метаморфозой («трансформацией»), и это позволяет заметить один важный факт: преображение – не то, что может случиться в будущем, в очень отдаленной перспективе. 
 
В Христе Преображенном проявляется сильнее всего, что такое вера: преображение, которое происходит в человеке на протяжении всей его жизни. С биологической точки зрения, жизнь – это метаморфоза, постоянная трансформация, заканчивающаяся смертью. Жить означает умирать, изменяться к смерти. Рассказ о преображении Господа добавляет здесь кое-что новое: умирать значит возрождаться. Вера является средой трансформации, в которой человек созревает в окончательной определенности и становится взрослым, чтобы стать определенным.  Поэтому евангелист Иоанн крест называет прославлением, сплавляя воедино преображение и крест: в последней свободе от самого себя метаморфозы жизни достигают своей цели. Преображение обещано верой как [еще одна] метаморфоза человека, и это, прежде всего, путь очищения, путь страданий. Павел VI принимал свое папское служение, в первую очередь, как метаморфозы веры в страдании. Последними словами, сказанными Петру воскресшим Господом, после того как он назначил его пастырем своего стада, были «когда состаришься, то прострешь руки твои, и другой препояшет тебя, и поведет, куда не хочешь» (Ин 21, 18). 
 
Это был намек на крест, ожидающий Петра в конце его пути. А в широком смысле - намек на природу этого служения. Все чаще  Павел VI предоставлял вести себя туда, куда сам, по-человечески, идти не хотел. Все больше понтификат означал для него быть препоясанным другим и быть пригвожденным ко кресту. 
 
Как известно, перед тем, как ему исполнилось 65 лет, а также перед 80-летием его обуревало сильнейшее желание отойти от дел. И можно себе представить, насколько должна быть тяжела мысль, что нет больше возможности принадлежать самому себе. Не иметь отныне ни минуты личного времени. Быть скованным до последнего своим телом, которое сдает, разрушается, ветшает и своим долгом, который требует, день за днем, всей полноты и энергии человеческих сил.  
 
Именно поэтому власть, будучи несомым бременем, стала великой и заслуживающей доверия
«Ибо никто из нас не живет для себя, и никто не умирает для себя; а живем ли - для Господа живем; умираем ли - для Господа умираем» (Рим 14, 7-8). Этими словами сегодняшнего чтения буквально отмечена его жизнь. Он придал новое значение власти как служению, перенося ее как страдание. Он не испытывал никакого удовольствия от могущества, от положения, от удавшейся карьеры, и именно поэтому власть, будучи несомым бременем - «поведет тебя, куда не хочешь» - стала великой и заслуживающей доверия. 
 
Павел VI осуществлял свое служение ради веры. Отсюда произрастали как его твердость, так и готовность к компромиссам. За обе он подвергался критике, и даже после его смерти некоторые комментарии сохраняют привкус злобы.
 
Но тот Папа, который сегодня не подвергается критике, - пренебрегает своим долгом по отношению к этому времени. Павел VI сопротивлялся телекратии (господство масс-медиа, служащих бизнесу и политике, прим. пер.) и демоскопии (страсть к мониторингу общественного мнения, прим. пер.), двум тираническим силам современности. Он смог сделать это потому, что не принимал в качестве показателя успех и одобрение, но совесть, которая является мерилом истины, мерилом веры.     
 
И поэтому во многих случаях он искал компромисс: вера оставляет многое открытым, дарит широкий спектр решений, предписывает облекаться любовью, ощущаемой как долг по отношению ко всему и, следовательно, внушающей большое уважение. Поэтому он мог быть несгибаемым и решительным, когда ставкой в игре была исконная традиция Церкви. В нем эта твердость была вызвана не бесчувственностью к тем, чей путь диктуется наслаждением возможностями, и не презрением к людям, но глубокой верой, делавшей его способным встать в оппозицию.  
 
Павел VI был глубоко духовным Папой, человеком веры. Не так уж ошибаются газеты, когда описывают его как дипломата, пренебрегающего дипломатией. На протяжении своей куриальной карьеры он виртуозно овладел дипломатическими инструментами. Но они все более отходили на второй план в процессе метаморфоз веры, которым он подчинился.   
 
В конце-концов он обрел собственный путь просто в призыве к вере, в молитве, во встрече с Иисусом Христом. Тем самым он все больше становился человеком доброты глубокой, чистой и зрелой. Кто встречался с ним в последние годы, мог испытать непосредственно необыкновенные метаморфозы веры, ее преображающую силу. 
 
Можно было видеть, насколько человек, бывший по своей природе интеллектуалом, день за днем отдавался в руки Христа, как предоставил ему изменять себя, трансформировать, очищать, и как это делало его все более свободным, все более глубоким, добрым, прозорливым и простым.   
 
Вера есть смерть, но также и метаморфоза, для того, чтобы войти в подлинную жизнь, к преображению. В Папе Павле можно наблюдать все это. Вера дала ему мужество. Вера дала ему доброту. И, глядя на него, становилось ясно, что победившая вера не делает замкнутым, но открытым. В заключение, в нашей памяти остался образ человека, простирающего руки. Он стал первым Папой, побывавшим на всех континентах, укрепляя таким образом путь Духа, начатый в Иерусалиме, - в точке встречи и разделения трех великих монотеистических религий, затем визит в ООН, поездка в Женеву; следом Индия, встреча с крупнейшей немонотеистической религией человечества; и паломничество к страдающим народам Латинской Америки, Африки, Азии. Вера простирает руки. Ее символ не кулак, но открытая ладонь. 
 
В письме к римлянам св. Ингатия Антиохийского есть удивительная фраза: «Прекрасно угаснуть для мира в Господе и возродиться в Нем» (ii, 2). Епископ-мученик написал ее во время поездки с востока в землю, где заходит солнце, на запад. Там, в закате мученичества, он надеялся обрести восход вечности. Путь Павла VI стал, год за годом, странствием во все более сознательном свидетельстве, странствием в закат смерти, которая позвала его к себе в день Преображения Господня. Вверим его душу с упованием в руки вечного милосердия Божия, дабы оно стало для него путеводной звездой вечной жизни. Позволим его примеру сделаться призывом и принести плод в нашей душе. И помолимся, дабы Господь опять послал нам Папу, который исполнит заново наказ Господа данный Петру: «[Обратившись], утверди братьев твоих» (Лк 22, 32).
Поделиться:


Написать нам cообщение

×