На даче с пятью Папами
"Пий XII скончался в одиночестве, я помню скорбь, охватившую меня, когда я увидел его тело утром, перед тем как его выставили для прощания с народом".
"Время от времени Иоанн XXIII мог исчезать. Никто не знал, куда он отправлялся". (до последнего времени).
"Павел VI первую неделю (летнего пребывания в Кастельгандольфо) не покидал дома - все это время он посвящал молитве".
"Папа Лучани заставил семью персонала Понтификальной Виллы испытать искреннее сожаление, потому что он так никогда и не посетил ее, даже когда был кардиналом".
"Иоанн Павел II часто играл в прятки с детьми обслуги. Они поджидали его на тропинках, когда он выходил на свои дневные прогулки".
"Бенедикт XVI, в основном утренними часами, полностью предается покою этого места, играя на пианино Баха, Моцарта и Бетховена".
Такие вспышки воспоминаний озаряют память верного хранителя чудесного места, где искусство и природа сочетаются в превосходной гармонии. А когда он отпускает свою память бродить по тропинкам прошлого и позволяет ей рассказывать о его "большой семье", Саверио Петрилло (Saverio Petrillo), суперинтендант Понтификальной Виллы в Кастельгандольфо, преображается в великолепного рассказчика, повествующего с образной выразительностью, которую невозможно передать на бумаге.
Вот уже 50 лет как он живет в стенах одной из знаменитейших "вилл" древности, Альбанум Домицианум (Albanum Domitianum), резиденции Римского Императора Домициана (81-96 гг. н.э.) на Альбанских Холмах.
Комплекс был возведен на территории площадью 14 кв. км., протянувшейся от Аппиевой дороги и включающей в себя озеро Альбан.
Сегодня Понтификальная Вилла находится в центральной части древнего комплекса, в основном на территории Аркс Албака (Arx Albana), на холме Кастельгандольфо, где выстроен современный Понтификальный Дворец.
История дворца весьма длинна и богата событиями, как говорится в книге Саверио Петрилло (Le Ville Pontificie di Castel Gandolfo, Vatican City, Edizioni Musei Vaticani, 2000, 125 pp.), ставшей превосходным продолжением классической книги одного из его предшественников Эмилио Бономелли (Emilio Bonomelli, I papi in campagna (Папы на природе), Rome 1953).
Однако чего вы не найдете в книге, так это воспоминаний, которыми Саверио Петрилло делится с Osservatore Romano в этом интервью.
Когда началась ваша история в этом достаточно своеобразном мире?
Впервые я вошел в здание Понтификальной Виллы 50 лет назад в июне 1958 года. Должен сказать, что это было не самое благоприятное начало. 9 октября скончался Пий XII. Это событие повергло меня в глубокую скорбь, которую я испытываю до сих пор. До того, как погрузиться в этот необычный мир, я был искренне убежден, что Папа всегда окружен толпой людей, каждый из которых готов исполнить малейшее его желание.
Однако, когда я услышал, что Пий XII умер, я узнал, что, напротив, он в основном пребывал в одиночестве. С ним не было никого в тот час. Ни госсекретаря, ни камерленго - они были избраны только после его смерти, в период Sede Vacante.
К моему великому удивлению, я увидел, как импровизированно обращались с телом великого Папы. Его врач, Рикардо Галеацци Лизи (Riccardo Galeazzi Lisi) совершил некое подобие бальзамирования, воспользовавшись какими-то мазями. Затем тело было временно помещено в Швейцарский Зал. И только на следующий день, перед публичной панихидой, его облачили в соответствующие понтификальные одежды. Мне действительно от всего этого было не по себе.
Меня утешил только огромный поток людей, с самого начала панихиды двигавшийся перед телом Папы. Я помню эту удивительную дань скорби и уважения. Многие приходили проститься с Папой не по одному разу.
Вы знаете, что Пий XII открыл двери Понтификальной виллы, чтобы дать убежище всем, кто бежал от немецкого преследования, когда союзники высадились в Анцио. Множество матерей помнят, как Папа отдал даже собственную спальню, чтобы устроить в ней беременных. Пятьдесят младенцев родились на свет в папских апартаментах. Многие из них, сейчас уже пожилые люди, в крещении получили имена Эудженио (имя Папы Пия XII в святом крещении) и Пий.
О двух из них, близнецах, существует местный анекдот, якобы сиделка, ухаживавшая за ними, по неосторожности сняла с их ручек браслетики с именами детей, данными при Крещении, и перепутала их. Так что было невозможно сказать, кто из них Эудженио, а кто Пий. И их матери пришлось самой решать, кто из них какое имя будет носить, то есть произошло что-то навроде повторного Крещения.
Что вы в первую очередь вспоминаете при имени Иоанна XXIII?
Это было время, которое я бы назвал новаторским! Папа Джованни время от времени мог исчезать. Он уходил за ворота, не сказав никому ни слова, без всякой свиты. Оказалось, он любил побродить среди простых горожан.
Однажды в воскресенье нам позвонили по телефону и сказали, что он находится в Анцио! (город, расположенный почти в пяти километрах от Кастельгандольфо). Вообразите наше удивление, ведь мы полагали, что он в своих дворцовых апартаментах. Позже в тот же день нам сообщили, что он был в Неттуно, а затем - на озере. Можете представить, что нам пришлось пережить в то утро? А он спокойненько вернулся точно к полуденному Ангелусу.
В другой раз он отправился в Дженацано, где едва не пострадал от напора собравшейся толпы, когда кто-то из горожан узнал Папу. Ситуация могла выйти из-под контроля, если бы не оказавшийся поблизости капитан карабинеров, который и привез Папу обратно в Кастельгандольфо на своем автомобиле. При этом сам Папа вел себя так, как будто ничего особенного не случилось. Он никогда не упускал возможности пообщаться с местными жителями.
Затем пришла эпоха Павла VI.
О Папе Монтини мне сразу приходит на память один момент. За неделю до конклава, где он был избран, кардинал архиепископ Милана (которым был Монтини) гостил на Папской вилле у одного из своих старых друзей - Эмилио Бономелли, который в то время был суперинтендантом.
Он искал здесь убежища от осаждавших его любопытствующих журналистов, ибо он был самым вероятным кандидатом на Святой Престол. Я прекрасно помню то утро 9 июня 1963 года, когда он покидал Кастельгандольфо, чтобы отправиться на мессу, открывавшую работу конклава. Мы выстроились у ворот, чтобы попрощаться с ним. Привратник, бывший с ним в приятельских отношениях, сказал: "Удачи, Святейший Отец!".
Бономелли едва не испепелил его взглядом - кто же говорит подобное кардиналу, идущему на конклав! Вы ведь знаете эту пословицу… (имеется в виду выражение "Кто входит на конклав папой, выходит кардиналом" - прим. пер.) Но, когда Монтини приехал к нам в следующий раз, он был уже Папой.
Я помню его очень хорошо. Когда бы он ни приезжал сюда летом, первую неделю он посвящал духовным упражнениям. Он целиком предавался молитве, и больше ничему. И лишь неделю спустя возвращался к обычному жизненному ритму.
Я помню праздник Успения в 1977 году, когда Папа освятил Храм Мадонны Озерной. В финале проповеди по этому случаю, он, импровизируя, сказал: "Кто знает, будет ли у меня другой случай разделить с вами этот прекрасный праздник. Я хочу воспользоваться возможностью, чтобы обнять всех вас и поблагодарить за все то, что вы дали мне". Он был очень взволнован, и его эмоции передались всем нам.
И действительно, это было последнее Успение, которое Папа встретил здесь - он скончался на следующий год, 6 августа. В тот момент мы все вспоминали слова, сказанные им годом ранее.
Приближение его кончины было заметно с самого утра того воскресенья. Было видно, что у него даже нет сил встать и совершить Ангелус. Его кончина не была для нас неожиданностью. Приехало много докторов и медсестер, они ходили туда-сюда, носили кислородные подушки из близлежащего госпиталя. Конечно, до последней минуты мы надеялись, что наши предчувствия были ошибочными. Но вдруг всеобщее движение и беготня прекратились - и тогда мы начали громко молиться. Так мы поддерживали Папу в час его смерти.
Три дня тело было выставлено здесь для прощания с народом. Люди все шли и шли, пока, наконец, простой муниципальный катафалк с черной лентой не отвез тело Папы в Рим.
Папа Лучани, наоборот, никогда не был здесь, даже будучи кардиналом?
Нет, Иоанн Павел I заставил всех нас испытать искреннее сожаление - ведь у нас так и не появилось шанса засвидетельствовать ему свое почтение.
Затем пришел черед Папы Войтылы.
Мое знакомство с Иоанном Павлом II началось еще до его избрания. В воскресенье перед Конклавом, на котором он был избран, мне позвонил монсеньор Анджей Дескур (Andrzej Deskur). Он спросил, можно ли ему приехать на виллу с архиепископом Краковским - "блистательным кардиналом и великим тружеником", как он сказал - который хотел бы провести несколько часов в уединении, дабы помолиться. И так они приехали вдвоем.
Они пообедали в трактире, расположенном рядом с Апостольским Дворцом. Позже, во время одной из аудиенций с местными жителями Папа вспомнил хозяйку трактира и поблагодарил её еще раз за "то бесподобное феттучини". Потом они некоторое время вместе прогуливались по саду и молились.
Когда в первый раз сообщили о его избрании, многие, услышав его имя, решили, что новый Папа африканец, и я с гордостью объяснил им, кого избрали на самом деле!
При нем использование резиденции немного изменилось. В том смысле, что она стала настоящей дополнительной Папской резиденцией. Папа приезжал сюда в разные времена года, особенно после возвращения из поездок и на каникулы. Иногда он приезжал сюда даже на короткое время - подготовить документы или речи.
Особенно он оживил это место в первые годы. По утрам он встречался с молодежью, стремясь получше узнать различные католические молодежные движения. Это было радостное время. Молодые люди устраивали костры, пели песни, рассказывали о себе. Молодежь постигала, что означает vivere cum Petro (жить с Петром - лат.), с Папой.
А что вам особенно запомнилось из вашего общения с Иоанном Павлом II?
Он был очень живым, подвижным. В том смысле, что когда он был здесь, казалось, что он всегда находился на воздухе. Иногда вплоть до позднего вечера. Зимой, даже в холода, он также предпочитал находиться вне стен. Он закутывался в черное пальто, иногда надевал плащ с капюшоном, но всегда черного цвета.
Еще я припоминаю, как он общался с детьми наших сотрудников. Завидев его, они прятались за кустами, а когда Папа проходил рядом, они с криками выскакивали ему навстречу. Это было похоже на игру в прятки. Ему это очень нравилось, и он всегда с удовольствием веселился вместе с ними. Дети даже привыкли к этому.
Также Папа любил зайти в дом к кому-нибудь из персонала, живущего на территории виллы. Они угощали его кофе, чаем, каким-нибудь печеньем, запросто, как с приятелем, заглянувшим на огонек. Здесь каждый хранит самые добрые воспоминания о том, как Папа нашел время, чтобы побыть именно с ним.
Вы помните споры, вызванные его решением устроить здесь плавательный бассейн?
Все эти споры были надуманными. Бассейн был нужен Папе для поддержания здоровья. У него уже тогда появились проблемы, и врачи предписали ему плавать определенное количество часов, чтобы излечить или хотя бы облегчить некоторые из симптомов. Конечно, он всегда был спортсменом, но это не имело ничего общего с клеветой, которая тогда звучала.
К сведению всех, этот бассейн был всего 18 метров в длину. Между прочим, он до сих пор функционирует. Папа Войтыла часто им пользовался. Я помню, как он пошутил насчет одного из таких комментариев о якобы громадной стоимости строительства этого бассейна. "Новый конклав обошелся бы дороже", - сказал он. То есть он имел в виду, что физические упражнения помогают ему поддерживать форму, чтобы выдерживать нагрузку его тяжелого служения.
Он любил пошутить на тему своих спортивных пристрастий. Любил сказать кардиналам, что польские кардиналы лучше разбираются в спорте, чем итальянские, потому что 50 процентов польских кардиналов активно занимаются как минимум одним видом спорта. Конечно, их, польских кардиналов, было всего двое.
Именно в его Понтификат, в 1986 году, я был назначен суперинтендантом, после кончины Карло Понти, управлявшего виллой с 1971 года.
А теперь пришло время Бенедикта XVI.
Что в нем больше всего впечатляет, так это необыкновенная душевная тонкость, невероятная чувствительность по отношению к другим, его глубокая духовность.
Он уже был достаточно хорошо знаком с Виллой, потому что, будучи кардиналом в последние годы - обычно в дни своих именин - он порой брал выходной и приезжал сюда. Что и сделало его возвращение в этот дворец в качестве Папы легким и приятным - ведь он уже привязался к этому месту.
Мы были счастливы услышать, как он с самого начала сказал: "Кастельгандольфо - это мой второй дом". Он много работает здесь, в атмосфере тишины и покоя. И для нас очень отрадно слышать его игру на рояле. Он не первый Папа, который играет на музыкальных инструментах. Пий XII играл на скрипке, но он никогда не играл здесь, по крайней мере, никто этого не помнит.
А сейчас это наша привилегия - слушать, чаще всего по утрам, Моцарта, Баха или Бетховена в исполнении Папы. И это наполняет нас радостью, потому что мы понимаем, что здесь Бенедикт XVI действительно чувствует себя дома.
Вилла не только жилище Папы. Здесь есть сельскохозяйственное производство. Не могли бы вы рассказать о небольшой ферме, входящей в состав комплекса?
У нас действительно заведена ферма. И очень давнишняя. Когда Вилла Барберини в 1929 году перешла в собственность Святого Престола, Пий XI приобрел соседние земли, чтобы использовать в сельскохозяйственных целях. Идея заключалась в том, чтобы таким образом подчеркнуть внимание Церкви к крестьянству и сельскому хозяйству.
Поскольку Папа во всем стремился к идеалу, он хотел устроить ферму, пусть даже небольшую, но оборудованную по последнему слову техники. К примеру, при нем здесь был установлен один из первых доильных агрегатов, также как и первый инкубатор.
Сегодня ферма разрослась до двадцати гектаров площади. Ее основа - это 26 дойных коров, дающих 500-600 литров молока в день.
Куда же вы деваете такое количество молока?
Мы обеспечиваем Апостольское домашнее хозяйство, а остальное продается в Ватиканском супермаркете, а также поставляется в городские кафе, так что местные жители и гости могут его отведать. Раньше мы доставляли молоко в Госпиталь Младенца Иисуса, но сейчас у госпиталя появилась обслуживающая компания, снабжающая его всем необходимым.
Вы упоминали о снабжении Апостольского Дворца. Означает ли это, что существует какой-то список заказов на каждый день?
Традиция продовольственного снабжения Папы идет с 1929 года. Каждый день мы получаем запросы на конкретные продукты из числа тех, что производим, и отсылаем их во Дворец.
Провизия отсылается в Ватикан ежедневно?
Да, каждый день. Позвольте рассказать вам одну историю. Однажды во время войны суперинтендант обеспокоился - сможет ли автофургон, перевозивший провизию в Ватикан, регулярно совершать свои рейсы. Ведь в это время шли бои. И, чтобы Папа однажды не остался без своего утреннего молока - хотя этого ни разу не случалось, - суперинтендант отправил в Ватикан семь дойных коров. Для них должны были устроить хлев прямо в Ватиканских садах.
Коровы были перевезены в Ватикан поздно ночью на грузовике. Когда грузовик въехал в ворота, возникла проблема - как убедить швейцарских гвардейцев пропустить их, т.к. в то время все опасались диверсии. Но раздавшееся в этот момент мычание коров, уставших в дороге, стоявших в неудобном кузове, убедило гвардейцев в том, что никакой опасности нет, и они пропустили грузовик. Коровы оставались в Ватикане с января 1944 года до освобождения Рима.
Что еще вы производите на Вилле?
Яйца, порядка сотни в день. Оливковое масло, около 1-1,5 тонн в год. Фрукты и прочие сельскохозяйственные продукты. Излишки мы продаем в Ватиканском супермаркете.
Но особенно важно наше цветочное хозяйство. Все растения и цветы в садах и комнатах Виллы доставляются из наших оранжерей. На Рождество у нас бывает исключительный урожай пуансетий. Прибыль от их продажи покрывает расходы на отопление оранжерей.
Сколько человек здесь работает?
Всего у нас 56 сотрудников. Половина из них постоянно так или иначе занята на обслуживании комплекса, а половина трудится на ферме. И от себя лично я скажу, что это одна большая семья, работающая вместе в полнейшей гармонии.
