Ковчег завета - конкретный человек

В  8.00 часов утра 15 августа, в Торжество Успения Пресвятой Девы Марии, Святейший Отец Бенедикт XVI отслужил святую мессу в папском приходе "Св. Фомы из Вилланова" в Кастель Гандольфо. В ходе Евхаристического Богослужения Папа произнес проповедь:

 

Дорогие братья и сестры,

 

Мы еще раз собрались, чтобы отметить один из наиболее древних и любимых праздников, посвященных Пресвятой Марии: праздник Ее принятие в славу Небес в теле и душе, то есть, во всем Ее человеческом бытии, в целостности Ее личности. Тем самым нам дана благодать по-новому осознать нашу любовь к Марии, восхищаться Ею и восхвалить Ее за "великое", которое Всевышний сотворил для Нее и соделал в Ней. 
 

В созерцании Девы Марии нам дана еще одна благодать: возможность глубже и пристальней всмотреться в нашу жизнь. Да, потому что наша повседневная жизнь, с ее проблемами и надеждами, получает свет от Матери Божией, от Ее духовного пути, от Ее участи славы: этот путь и эта цель могут и должны стать, некоторым образом, нашим путем и нашей целью. Последуем за отрывками Священного Писания, которые сегодня предлагает нам литургия. Мне бы хотелось, в частности, остановиться на образе, который находим в первом чтении, взятом из Книги Откровения, и которому эхом вторит Евангелие от Луки: то есть, на образе ковчега завета. 

В первом чтении мы слышали: "И отверзся храм Божий на небе, и явился ковчег завета Его в храме Его " (Откр 11,19). Каково значение ковчега? Что явилось? Для Ветхого Завета он является символом присутствия Бога среди Своего народа. Но отныне символ уступил место реальности. Таким образом Новый Завет говорит нам, что истинным ковчегом завета является живой и конкретный человек: это Дева Мария. Бог обитает не в деревянном ящике, - Он обитает в человеке, в его сердце: в Марии, в Той, Которая носила в Своем лоне вочеловечившегося вечного Сына Божия,  Иисуса, нашего Господа и Спасителя. В ковчеге - как мы знаем - хранились две скрижали закона Моисея, которые выражали волю Бога хранить завет со Своим народом, указывая условия, чтобы быть верными завету Божию, чтобы соответствовать воле Бога, и тем самым - нашей глубокой истине. Мария есть ковчег завета, потому что Она приняла в Себя  Иисуса; Она приняла в Себя живое Слово, все содержание воли Бога, истины Бога; Она приняла в Себя Того, Кто есть новый и вечный завет, достигший кульминации принесением в жертву Своего тела и Своей крови: тело и кровь, принятые Марией. Поэтому христианское благочестие с полным правом, в литаниях в честь Богородицы, обращается к Ней, призывая Ее как Foederis Arca, то есть, "ковчег завета", ковчег присутствия Бога, ковчег завета любви, который Бог пожелал заключить окончательным образом со всем человечеством во Христе. 

Отрывок из Книги Откровения указывает на еще один важный аспект реальности Марии. Она, живой ковчег завета, приуготована для величайшей славы, поскольку Она настолько тесно соединена с Сыном, Которого приняла в вере и родила во плоти, что полностью разделяет Его небесную славу. Об этом нам подсказывают прозвучавшие слова: "И явилось на небе великое знамение: жена, облеченная в солнце; под ногами ее луна, и на главе ее венец из двенадцати звезд. Она имела во чреве... И родила она младенца мужеского пола, которому надлежит пасти все народы..." (12,1-2; 5). Величие Марии, Богородицы, благодатно, полностью послушной деянию Святого Духа, уже живет на Небесах Божиих вместе с Нею Самой, душой и телом. Ссылаясь на эту тайну, в одной из знаменитых проповедей св. Иоанн Дамаскин утверждает: "Ныне святая и единственная Дева приведена в небесный храм ... Ныне священный и оживляемый Живым Богом ковчег, [ковчег] носивший в лоне Своего Творца, покоится в нерукотворном храме Господнем" (Omelia II sulla Dormizione, 2, PG 96, 723), и продолжает: "Надо было, чтобы принявшая в Свое лоно божественный Логос, перенеслась в скинии Своего Сына ... Надо было, чтобы избранная Отцом Невеста обитала в брачных чертогах Небес" (ibid., 14, PG 96, 742). Сегодня Церковь воспевает огромную любовь Бога к этому Своему творению: Он избрал Ее, как истинный "ковчег завета", как Ту, Которая продолжает рождать и дарить Христа Спасителя человечеству, как Ту, Которая на небесах разделяет полноту славы и наслаждается счастьем Самого Бога и, вместе с тем, призывает также нас становиться, нашим скромным образом, "ковчегом", в котором присутствует Слово Божие, которое преобразовано и оживлено Его присутствием, местом присутствия Бога, дабы люди могли встретить в другом человеке близость Бога, и таким образом, жить в общении с Богом и познать реальность Небес. 

Евангелие от Луки, которое мы только что слушали (ср. Лк 1,39-56), показывает нам этот живой ковчег, Марию, в движении: оставив Свой дом в Назарете, Мария спешно отправляется в путь, в горный город Иудин, в дом Захарии и Елисаветы. Мне кажется важным подчеркнуть здесь слово "спешно": дела Божии заслуживают спешки, - более того, если в мире что-то и заслуживает спешки, то это именно дела Божии, кои являются по-настоящему насущными для нашей жизни. Итак, Мария входит в этот дом Захарии и Елисаветы, но Она входит туда не одна. Она входит, нося в лоне Сына, Который есть Сам Бог, воплотившийся в человека. Конечно, в этом доме ждали Ее и Ее помощи, но евангелист подводит нас к пониманию того, что это ожидание отсылает к другому ожиданию, более глубокому. Захария, Елисавета и маленький Иоанн являются символом всех праведников Израиля, чье сердце, полное надежды,  ожидает пришествия Мессии-спасителя. И Святой Дух открывает очи Елисавете, чтобы она узнала в Марии истинный ковчег завета, Богородицу, Которая пришла навестить ее. И таким образом пожилая родственница встречает Ее, восклицая "громким голосом": "Благословенна Ты между женами, и благословен плод чрева Твоего!  И откуда это мне, что пришла Матерь Господа моего ко мне?" (Лк 1,42-43). И Тот же Святой Дух, Который открывает перед Той, Которая носит воплотившегося Бога, сердце Иоанна Крестителя в чреве Елисаветы. Елисавета восклицает: " И когда голос приветствия Твоего дошел до слуха моего, взыграл младенец радостно во чреве моем" (ст. 44). Здесь евангелист Лука использует слово "skirtan", то есть,  "скакать", то же самое слово, которое находим в одном из древнегреческих переводов Ветхого Завета, где оно используется для описания пляски царя Давида перед священным ковчегом, который наконец вернулся в отчизну (2Цар 6,16). Иоанн Креститель пляшет в чреве матери перед ковчегом завета, как Давид, признавая тем самым, что Мария есть новый ковчег завета, перед которым сердце ликует от радости, Матерь присутствующего в мире Бога, Которая не удерживает для Себя это божественное присутствие, но предлагает его, разделяя благодать Божию. И таким образом, - как говорит молитва, - Мария действительно есть "causa nostrae laetitiae", причина нашей радости, "ковчег", в котором Спаситель реально присутствует среди нас. 

Дорогие братья, мы говорим о Марии, но, в определенном смысле, мы говорим также о себе, о каждом из нас: мы тоже являемся адресатами той огромной любви, которую Бог предназначил - конечно, в абсолютно уникальной и неповторимой манере - Марии. В Торжество Успения мы смотрим на Марию: Она открывает нас к надежде, к полному радости будущему, и указывает нам путь, чтобы достичь его: принять в вере Её Сына; никогда не терять дружбы с Ним, но дать Ему просвещать нас и направлять Его словом; следовать за Ним каждый день, даже в такие минуты, когда мы ощущаем, что наши кресты становятся тяжелыми. Мария, ковчег завета, который стоит в Святилище Небес, указывает нам, что мы находимся на пути к нашему истинному Дому, к общению радости и мира с Богом. Аминь!