Он вверяет Себя нашей слабости
- Big Buck Bunny Trailer
Проповедь на закрытие Года Священника
В 10 часов утра 11 июня 2010, в Торжество Пресвятого Сердца Иисуса, Святейший Отец Бенедикт XVI предстоятельствовал на площади святого Петра за Евхаристическим Богослужением в сослужении с кардиналами, епископами и пресвитерами в честь окончания Года священства.
Дорогие собратья в священническом служении,
Дорогие братья и сестры,
Год священничества, который мы отмечали в честь 150-летней годовщины смерти святого Арсского Пастыря, являющего собой образец священнического служения в нашем мире, близится к концу. Мы руководствовались его примером, чтобы вновь понять величие и красоту священнического служения. Священник - это не просто обладатель некой должности, подобной тем, в которых нуждается каждое общество, дабы в нем могли исполняться определенные функции. Он делает то, что ни один человек сам не может сделать: он произносит от имени Христа слово отпущения наших грехов, и таким образом, исходя от Бога, изменяет нашу жизнь. Он произносит над дарами хлеба и вина слова благодарения Христа, которые являются словами пресуществления, - слова, делающие присутствующим Его Самого, Воскресшего, Его Тело и Его Кровь, и преобразуют таким образом элементы мира: слова, которые открывают мир Богу и соединяют его с Ним. То есть, священство - это не просто «должность», но таинство: Бог использует бренного человека, чтобы через него присутствовать среди людей и действовать в их пользу. Эта смелость Бога, - Который доверяет Себя людям, Который, даже зная наши слабости, считает, что люди способны действовать и присутствовать вместо Него, - эта смелость Бога является поистине великой реальностью, которая скрывается в слове «священство». То, что Бог считает нас способными на это; то, что Он таким образом призывает людей к Своему служению, изнутри соединяясь с ними: именно это мы желали понять и именно над этим мы желали размышлять в этом году. Мы желали пробудить радость, возникающую от того, что Бог так близок к нам, и благодарность за то, что Он вверяет Себя нашей слабости; что Он день за днем ведет и поддерживает нас. Таким образом, мы желали еще раз показать молодым, что это призвание, это общение служения через Бога и с Богом, существует, - более того, что Бог ждет нашего «да». Вместе с Церковью мы желали вновь отметить, что этого призвания мы должны просить у Бога. Мы просим работников на жатву Божию, и одновременно с этой просьбой Бог стучит в сердца молодых, считающих себя способными на то, на что считает их способными Бог. Следовало ожидать, что «врагу» это новое прославление священства не понравится; он предпочел бы видеть его исчезнувшим, чтобы в конце концов Бог был изгнан из мира. И так случилось, что именно в год радости о таинстве священства вскрылись грехи священников - прежде всего насилие над малолетними, в котором священство, как выражение заботы Бога о человеке, обратилось в свою противоположность. Мы также настоятельно просим прощения у Бога и у пострадавших лиц, обещая сделать все возможное, чтобы подобное насилие больше никогда не могло повториться; обещая, что при допущении к священническому служению и в процессе подготовки к нему сделаем все, что можем, для тщательной оценки подлинности призвания, и что мы намерены еще теснее сопровождать священников в их пути, дабы Господь защищал и оберегал их в тяжелых ситуациях и в опасностях жизни. Если бы Год священства был призван стать прославлением нашей личной человеческой деятельности, то он потерпел бы крах от этих событий. Но для нас речь шла как раз об обратном: стать благодарными за дар Божий, дар, который скрывается в "глиняных сосудах", и который вновь и вновь, через всю человеческую слабость, конкретно выражает в этом мире Его любовь. Поэтому давайте рассматривать случившееся как призыв к очищению, как задачу, решение которой открывает нам будущее, и что самое важное - она помогает нам распознать и полюбить великий дар Божий. Таким образом дар становится обязательством ответить на мужество и смирение Бога нашим мужеством и смирением. Слово Христа, которое мы пели в литургии как песнь на вход, может сказать нам в этот час, что означает стать и быть священником: "Возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем" (Мф 11,29).
Мы отмечаем праздник Пресвятого Сердца Иисуса и через литургию как бы заглядываем в сердце Иисуса, которое в смерти было открыто копьем римского солдата. Да, Его сердце открыто для нас и перед нами, - и тем самым нам открыто сердце Самого Бога. Литургия толкует для нас язык сердца Иисуса, которое говорит прежде всего о Боге, как о пастыре людей, и тем самым показывает священство Иисуса, укорененное в глубине Его сердца; таким образом она указывает нам на вечное основание, равно как и на истинный критерий, всякого священнического служения, которое должно всегда «стоять на якоре» сердца Иисуса и которым следует жить исходя из него. Сегодня мне бы хотелось поразмышлять прежде всего над текстами, которыми молящаяся Церковь отвечает на Слово Божие, представленное в чтениях. В этих песнях слово и ответ проникают друг в друга. С одной стороны они сами взяты из Слова Божия, но с другой они одновременно уже являются ответом человека на это Слово, ответом, в котором само Слово сообщает себя и входит в нашу жизнь. Наиболее важным из этих текстов в сегодняшней литургии является Псалом 23 (22) - "Господь - Пастырь мой" - в котором молящийся Израиль принял самооткровение Бога как пастыря и сделал его ориентиром для своей жизни. "Господь - Пастырь мой; я ни в чем не буду нуждаться": в этом первом стихе выражаются радость и благодарность за то, что Бог присутствует и занимается нами. Чтение, взятое из Книги Иезекииля, начинается с той же темы: "Вот, Я Сам отыщу овец Моих и осмотрю их" (Иез 34,11). Бог лично заботится обо мне, о нас, о человечестве. Я не оставлен в одиночестве, потерянным во вселенной, в обществе, перед которым оказываешься все более дезориентированным. Он заботится обо мне. Он не какой-то далекий Бог, для Которого моя жизнь стоит слишком мало. Религии мира, насколько можем видеть, всегда знали, что, в конце концов, есть один единственный Бог. Но этот Бог был слишком далек. Казалось, что Он оставил мир, предоставив его другим властям и силам, другим божествам. А с ними приходилось договариваться. Единый Бог был добрым, но все же далеким. Он не нес опасности, но и не предлагал помощи. Таким образом, не было необходимости заниматься Им. Он не господствовал. Как ни странно, такое мышление вновь возникло в эпоху Просвещения. Человечество вновь стало понимать, что мир предполагает Творца. Однако этот Бог создал мир, и затем, очевидно, удалился из него. Теперь мир имел свой свод законов, согласно которому он развивался и в который Бог не вмешивался, не мог вмешаться. Бог был лишь далеким началом. Многие, вероятно, даже не желали, чтобы Бог заботился о них. Они не желали, чтобы Бог их беспокоил. Но там, где забота и любовь Бога воспринимаются как помеха, сама сущность человека искажается. Ведь как прекрасно и утешительно знать, что есть кто-то, кто меня любит и заботится обо мне. Но гораздо важней, что существует Бог, Который знает меня, любит меня, заботится обо мне. " Я знаю Моих, и Мои знают Меня " (Ин 10,14), - говорит Церковь перед Евангелием словами Господа. Эта мысль должна сделать нас поистине радостными. Пусть она глубоко проникнет в нашу душу. Тогда мы поймем, что она означает: Бог желает, чтобы мы как священники, в маленьком отрезке истории, разделяли Его заботу о людях. Как священники, мы желаем быть людьми, которые, в общении с Его заботой о людях, заботятся о них, давая им конкретно пережить эту заботу Бога. И, касательно вверенной ему сферы, священник, вместе с Господом, должен суметь сказать: "Я знаю Моих, и Мои знают Меня". "Знать" в значении Священного Писания - это вовсе не только внешнее знание, подобно тому, как мы знаем номер телефона какого-то человека. "Знать" - это значит быть духовно близким к другому. Любить его. Мы должны стараться "знать" людей, исходя от Бога и в виду Бога; мы должны стараться идти вместе с ними по пути дружбы с Богом.
Вернемся к нашему Псалму. В нем говорится: "Он направляет меня на стези правды ради имени Своего. Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной; Твой жезл и Твой посох - они успокаивают меня" (23 [22], 3s). Пастырь направляет на стези правды тех, кто был ему поручен. Он идет впереди и направляет их. Скажем это иначе: Господь показывает нам правильный путь быть человеком. Он учит нас искусству быть личностью. Что следует делать для того, чтобы не упасть, не растратить свою жизнь в бессмысленности? Именно этот вопрос каждый человек должен ставить перед собой, - вопрос, являющийся актуальным в любой период жизни. И каким мраком окутан этот вопрос в наше время! И вновь на ум приходят слова Иисуса, имевшего сострадание к людям, ибо были как овцы без пастуха. Господи, смилуйся же и над нами! Укажи нам путь! Из Евангелия мы знаем: Он Сам есть путь. Жить с Христом, следовать за Ним - это означает найти правильный путь, чтобы наша жизнь обрела смысл и однажды мы могли бы сказать: "Да, жизнь была прекрасна". Народ Израиля был и остается благодарен Богу, потому что Он в Заповедях указал путь жизни. Великий Псалом 119 (118) является уникальным выражением радости по этому поводу: мы не бредем во мраке. Бог показал нам, каким является путь, как нам по нему идти. То, что говорится в Заповедях, было синтезировано в жизни Иисуса и стало живым образцом. Так мы понимаем, что эти указания Бога - вовсе не цепи, а указываемый Им путь. Мы можем радоваться им и ликовать, ибо во Христе они предстают перед нами как пережитая реальность. Он Сам сделал нас радостными. Идя вместе со Христом мы переживаем опыт Откровения, и как священники мы должны передавать людям радость, возникающую из-за того, что нам был указан путь жизни.
Затем там есть фраза, связанная с "долиною смертной тени", через которую Господь ведет человека. Путь каждого из нас однажды приведет в долину смертной тени, где никто не может сопровождать нас. А Он будет там. Сам Христос сошел в мрачную ночь смерти. И Он нас не оставит. Он будет вести нас даже там. "Сойду ли в преисподнюю - и там Ты", - говорит Псалом 139 (138). Да, Ты присутствуешь даже в последнем страдании, и таким образом наш ответный Псалом может сказать: даже там, в смертной долине, не убоюсь я никакого зла. Но, говоря о смертной долине, мы можем вспомнить также о смертных долинах искушений, разочарований, испытаний, через которые приходится проходить каждому человеку. Он там, даже в этих темных долинах жизни. Да, Господи, во мраке искушения, в часы помрачения, когда свет кажется полностью угасшим, покажи мне, что Ты там. Помоги нам, священникам, дабы мы могли быть рядом с вверенными нам людьми в такие темные ночи. Дабы мы могли показать им Твой свет.
" Твой жезл и Твой посох - они успокаивают меня": пастух нуждается в жезле против диких зверей, желающих ворваться в стадо; против разбойников, ищущих свою добычу. Рядом с жезлом у него есть посох, который дает поддержку и помогает пройти трудные участки пути. Обе эти вещи входят также в служение Церкви, в служение священника. Церковь также должна использовать жезл пастыря, с помощью которого она защищает веру от фальсификаторов, от ориентиров, которые на самом деле являются дезориентацией. Именно использование жезла может быть служением любви. Сегодня мы видим, что речь идет вовсе не о любви, когда проявляют терпимость к недостойному поведению в священнической жизни. Равным образом речь не идет о любви, если позволяют распространять ересь, умышленное искажение и разложение веры, как если бы мы сами ее придумали. Как будто она больше не является даром Божиим, драгоценной жемчужиной, которую мы не позволим вырвать у нас. Однако, вместе с тем жезл должен постоянно становиться посохом пастыря - посохом, который помогал бы людям идти крутыми тропинками и следовать за Господом.
В конце Псалма говорится о приготовленной трапезе, о елее, которым умащается голова, о преисполненной чаше, о возможности пребывать в доме Господнем. В Псалме все это выражает прежде всего перспективу радости и ликования от пребывания с Богом во храме, от того, что Он Сам принимает нас и служит, от того, что мы можем обитать рядом с Ним. Для нас, молящихся словами этого Псалма вместе с Христом и с Его Телом, которым является Церковь, эта перспектива надежды приобрела еще большую ширину и глубину. Мы видим в этих словах, так сказать, пророческое предвосхищение служения Евхаристии, в котором Сам Бог принимает нас, предлагая нам Самого Себя в качестве пищи - как те единственные изысканные хлеб и вино, которые могут составить последний ответ на духовные голод и жажду человека. Как не радоваться возможности каждый день быть гостем за трапезой Самого Бога, обитать рядом с Ним? Как не радоваться тому, что Он нам приказал: "Творите сие в воспоминание обо Мне"? Радоваться тому, что Он дал нам приготовить трапезу Божию для людей, дать им Его Тело и Его Кровь, предложить им драгоценный дар Его присутствия. Да, мы можем всем сердцем молиться словами Псалма: " Благость и милость [Твоя] да сопровождают меня во все дни жизни моей" (23 [22], 6).
В конце бросим еще краткий взгляд на два антифона к причастию, предлагаемые сегодня Церковью в своей литургии. Прежде всего это слова, которыми св. Иоанн завершает рассказ о распятии Иисуса: " Один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода" (Ин 19,34). Сердце Иисуса было пробито копьем. Оно открывается и становится источником: исходящие из него кровь и вода напоминают о двух главных Таинствах, которыми живет Церковь: о Крещении и о Евхаристии. Из прободенного бока Господа, из Его открытого сердца бьет живой источник, который течет сквозь века и созидает Церковь. Открытое сердце является источником новой реки жизни; в этом контексте св. Иоанн, несомненно, думал также о пророчестве Иезекииля, который видит, как из нового храма проистекает река, дарующая плодородие и жизнь (Иез 47): Сам Иисус есть этот новый храм, и Его открытое сердце есть источник, из которого вытекает река новой жизни, сообщающаяся нам в Крещении и в Евхаристии.
Однако литургия Торжества Пресвятого Сердца предусматривает в качестве антифона к причастию также еще одно слово, близкое к этому, взятое из Евангелия от Иоанна: " Кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой" (ср. Ин 7,37s). В вере мы пьем, так сказать, от живой воды Слова Божия. Так верующий сам становится источником, дарит жаждущей земле истории живую воду. Мы видим это в святых. Мы видим это в Марии, Которая, как великая женщина веры и любви, стала на протяжении веков источником веры, любви и жизни. Каждый христианин и каждый священник должны, исходя от Христа, стать источником, который дарит жизнь другим. Мы должны дарить воду жизни жаждущему миру. Господи, мы благодарим Тебя за то, что Ты открыл Свое сердце для нас; за то, что в Своей смерти и воскресении Ты стал источником жизни. Соделай, чтобы мы стали живыми людьми, живыми от Твоего источника, и даруй нам стать самим источниками, так, чтобы мы могли дарить нашему времени воду жизни. Мы благодарим Тебя за благодать священнического служения. Господи, благослови нас, и благослови всех людей этого времени, которые томятся жаждой и находятся в поисках этой воды. Аминь.
