Пылающим огнем и порывистым ветром
- Big Buck Bunny Trailer
3-го июня в 17:30 Святейший Отец Бенедикт XVI встретился на площади св. Петра с более чем 300 тысячами представителей церковных движений и новых общин.
После приветственного адреса, с которым к Святейшему Отцу обратился президент Папского совета по делам мирян монс. Станислав Рылко, и чтения послания Клары Любич, основательницы Дела Марии (Движение фоколяриев), началось пение Псалмов из Литургии Часов Навечерия Пятидесятницы. За декламацией каждого из трех Псалмов следовали размышления Андреа Риккарди, основателя общины св. Эгидия, Кико Аргуэльо, основателя Неокатехуменального движения, и монс. Хулиана Каррон, президента братства «Comunione e Liberazione». Затем, после краткого чтения, Святейший Отец произнес проповедь:
Дорогие братья и сестры!
Вас действительно пришло много этим вечером на площадь св. Петра, чтобы принять участие в Навечерии Пятидесятницы. Принадлежащие к различным народам и культурам, вы представляете здесь всех членов церковных движений и новых общин, духовно собравшихся вокруг Преемника Петра, чтобы провозгласить о своей радости веровать в Иисуса Христа, и подтвердить свои обязательства быть Ему верными учениками в наше непростое время. Благодарю вас за участие, и каждому из вас шлю свой сердечный привет. С любовью обращаюсь прежде всего к господам кардиналам, к досточтимым братьям во епископстве и во священничестве, к монахам и монахиням. Приветствую лидеров ваших многочисленных церковных общин, доказывающих, насколько живым является действие Духа в Народе Божием. Приветствую всех, кто принял участие в подготовке этого необыкновенного события, в частности, сотрудников Папского совета по делам мирян, вместе с секретарем, монс. Йозефом Клеменсом, и президентом монс. Станиславом Рылко, которому я благодарен за сердечные слова, обращенные им ко мне в начале Литургии Навечерия. Мы вспоминаем с волнением такую же встречу, состоявшуюся на этой же самой площади 30 мая 1998 года, с возлюбленным Иоанном Павлом II. Великий евангелизатор нашей эпохи, он сопровождал вас и направлял на протяжении всего своего понтификата; не однажды он называл «провиденциальными» ваши объединения и общины, прежде всего потому, что освящающий Дух использует их, чтобы пробудить веру в сердцах множества христиан и дать им по-новому осознать призвание, полученное при Крещении, помогая им быть свидетелями надежды, исполненными того огня любви, который, собственно, и является даром Святого Духа.
Теперь спросим себя: Святой Дух – Кто это или что это такое? Как можно узнать Его? Каким образом мы идем к Нему, а Он – к нам? Что Он делает? Ответ на эти вопросы содержится прежде всего в великом гимне Пятидесятницы, с которого мы начали Навечерие: «Veni, Creator Spiritus… – Приди, Создатель, Дух Святой…». Эти слова гимна указывают на первые стихи Библии, повествующие, прибегая к помощи образов, о сотворении вселенной. Там в самом начале говорится, что над хаосом, над водами бездны, носился Дух Божий. Мир, в котором мы живем, – это творение Духа Создателя. Пятидесятница является не только началом Церкви, – а потому особым ее праздником; Пятидесятница – это также праздник сотворения. Мир существует не сам по себе; он происходит из сотворяющего Духа Божия, из сотворяющего Слова Божия. И поэтому он отражает также премудрость Божию. Она – в своей широте и всеохватной логике своих законов – позволяет что-то почувствовать от Духа Создателя Божия. Она призывает нас к благоговейному страху. Именно тот, кто, как христианин, верит в Духа Создателя, осознает, что мы не можем использовать мир и материю и злоупотреблять ими, как просто материалом, предоставленным в наше полное распоряжение; что мы должны рассматривать творение как дар, вверенный нам не для разрушения, но чтобы оно стало садом Божиим, и, таким образом, и садом человеческим. Сталкиваясь сегодня с многочисленными формами варварского отношения к земным ресурсам, мы, кажется, слышим стон творения, о котором говорит св. Павел (Рим 8, 22); мы начинаем понимать слова апостола – то есть, что творение с нетерпением ожидает откровения сынов Божиих, чтобы освободиться и достичь своего сияния. Дорогие друзья, мы хотим быть такими сынами Божьими, которых ждет творение, и мы можем быть ими, поскольку Господь сделал нас такими в Крещении. Да, творение и история – они ждут нас, они ожидают мужчин и женщин, которые действительно были бы чадами Божьими и вели себя соответственно. Если мы взглянем на историю, то увидим, как вокруг монастырей творение процветало, как с пробуждением Духа Божия в сердца людей возвращается сияние Духа Создателя также и на землю – сияние, которое было омрачено, а иногда и просто погашалось варварскими деяниями безудержного стремления человека к власти. И вновь – вокруг Франциска Ассизского – происходит то же самое: это происходит повсюду, где Дух Божий достигает душ, тот Дух, Которого в нашем гимне называют светом, любовью и силой. Таким образом, мы нашли первый ответ на вопрос, что такое Святой Дух, что Он совершает, и как мы можем узнать Его. Он идет нам навстречу через творение. Все же, в ходе человеческой истории, благое творение Бога покрылось толстым слоем грязи, из-за чего становится если не совсем невозможно, то, во всяком случае, трудно увидеть в нем отражение Создателя, – хотя, при виде заката солнца над морем, во время прогулки в горах или, смотря на распустившийся цветок, в нас всякий раз вновь пробуждается – почти спонтанно – осознание существования Создателя.
Но Дух Создатель идет к нам на помощь. Он вошел в историю, и таким образом говорит с нами по-новому. В Иисусе Христе Сам Бог стал человеком, и позволил нам, так сказать, заглянуть в душу Самого Бога. И мы видим там кое-что совершенно неожиданное: в Боге существуют некое «Я» и некое «Ты». Таинственный и далекий Бог – это не какое-то бесконечное одиночество; Он есть событие любви. Если, глядя на творение, мы думаем, что можем узнать Дух Создателя, самого Бога, почти как математику творения – как силу, формирующую законы мира и их порядок, – но и как красоту, то теперь мы узнаем: у Духа Создателя есть сердце. Он есть Любовь. Существует Сын, говорящий с Отцом. И оба Они – единое целое в Духе, Который является, так сказать, атмосферой дарения и проявления любви, делающей Их единым Богом. Это единство любви, которое есть Бог, является единством намного более прочным, чем могло быть единство последней неделимой частицы. Именно триединый Бог является единственным единым Богом.
Через Иисуса мы заглядываем, так сказать, в сокровенные глубины Бога. Иоанн в своем Евангелии говорит об этом так: «Бога не видел никто никогда; Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил» (Ин 1, 18). Но Иисус не только позволил нам заглянуть в глубины Бога; с Ним Бог выходит из Своих глубин и идет нам навстречу. Это происходит прежде всего в Его жизни, страстях, смерти и воскресении; в Его слове. Но Иисус не довольствуется тем, чтобы идти нам навстречу. Он хочет большего. Он хочет объединения. В этом заключается значение образов трапезы и брачного пира. Мы должны не только знать что-то о Нем, но через Него Самого должны устремляться к Богу. Поэтому Он должен умереть и воскреснуть. И поскольку теперь Он не находится в каком-то определенном месте, то отныне Его Дух, Дух Святой исходит от Него и входит в наши сердца, соединяя нам таким образом с Самим Иисусом и с Отцом – с Богом Единым в трех лицах.
Пятидесятница заключается в следующем: Иисус – а через Него и Сам Бог – идет к нам и увлекает нас внутрь Себя. «Он посылает Духа Святого» – так говорится в Писании. И каков результат этого? Хотелось бы подчеркнуть прежде всего два аспекта: Дух Святой – через Которого Бог идет к нам – несет с Собой жизнь и свободу. Рассмотрим оба эти понятия немного подробнее. «Я пришел для того, чтобы имели жизнь и имели с избытком», – говорит Иисус в Евангелии от Иоанна (10, 10). Жизнь и свобода – мы все к ним страстно стремимся. Но что это означает, – где и как находим мы «жизнь»? Думаю, что подавляющее большинство людей – не задумываясь над этим – руководствуются в своей жизни тем же, что и блудный сын из евангельской притчи. Он потребовал свою часть наследства и почувствовал себя свободным, хотел наконец-то жить, освободившись от бремени домашних обязанностей, он хотел просто жить. Получать от жизни все, что она могла ему дать. Наслаждаться ею полностью – жить, просто жить, упиваться полнотой жизни и не упускать ничего ценного из того, что она может дать. В итоге ему даже пришлось пасти свиней, завидуя участи этих животных – настолько пустой оказалась его жизнь, настолько бессмысленной. Столь же бессмысленной оказалась и его свобода. Разве сегодня не происходит то же самое? Когда человек желает лишь распоряжаться жизнью, она становится все более пустой и бедной; огромное разочарование легко ведет к наркотикам. И возникает сомнение: является ли благом, в конце концов, сама жизнь? Нет, таким способом мы не находим жизнь. Слово Иисуса о жизни с избытком звучит в притче о Добром Пастыре. Это слово поставлено в двойной контекст. Иисус говорит о пастыре, что он отдает свою жизнь. «Никто не отнимает ее у Меня, но Я Сам отдаю ее» (ср. Ин 10, 18). Жизнь обретают только когда ее отдают; ее нельзя найти, стремясь распоряжаться ею по своему усмотрению. Именно этому должны мы учиться у Христа; этому же нас учит Дух Святой – воплощенный дар, проявление самодарения Бога. Чем больше отдаешь свою жизнь за других, ради самого блага, тем полноводнее течет река жизни. Далее Господь говорит, что жизнь расцветает в близости к Пастырю, знающему пастбище, – места, из которых текут источники жизни. Мы находим жизнь в общении с Тем, кто есть само воплощение жизни, в общении с Богом живым – в общении, в которое вводит нас Святой Дух, называемый в гимне Навечерия «fons vivus», живым источником. Пастбище, по которому текут источники жизни, – это Слово Божье, каким мы находим его в Писании, в вере Церкви. Пастбище – это сам Бог, которого мы учимся узнавать в общности веры, посредством силы Святого Духа. Дорогие друзья, церковные движения родились именно от жажды истинной жизни; это – движения за жизнь во всех ее аспектах. Там, где больше не течет истинный источник жизни, где вместо того, чтобы отдавать жизнь, присваивают ее себе, – там находится под угрозой жизнь других; там готовы посягнуть на беззащитную, еще не родившуюся жизнь, потому что кажется, что она лишит каких-то радостей жизни. Если мы желаем защищать жизнь, то сначала нужно найти источник жизни; тогда жизнь сама должна возникнуть во всей своей красоте и возвышенности; тогда мы должны позволить оживить себя Святому Духу – сотворяющему источнику жизни.
Тема свободы была уже затронута выше. Уход блудного сына из дома связан именно с вопросами жизни и свободы. Он хочет жизни, а для этого он хочет быть полностью свободным. Быть свободным с этой точки зрения означает делать все что хочешь; не быть обязанным принимать в расчет какие бы то ни было критерии, лежащие за пределами и сверх моих интересов. Следовать только своему желанию и своей воле. Живущий по этим законам очень скоро сталкивается с другим, который хочет жить точно так же. Непременным последствием такого эгоистического понимания свободы является насилие, взаимное уничтожение свободы и жизни. Священное же Писание связывает понятие свободы с понятием сыновства: «Вы не приняли духа рабства, чтобы опять жить в страхе, но приняли Духа усыновления, Которым взываем: «Авва, Отче!» (Рим 8, 15). Что это значит? Святой Павел подразумевает под этим социальную систему древнего мира, в котором существовали рабы, – им ничего не принадлежало, и они не были заинтересованы в справедливом порядке вещей. Соответственно, были и сыновья, которые были, естественно, наследниками, и именно поэтому они заботились о сохранении и хорошем управлении своей собственности или о сохранении государства. Поскольку они были свободными, то на них возлагалась ответственность. Оставляя в стороне социологический фон того времени, всегда действует принцип: свобода и ответственность идут рука об руку. Истинная свобода проявляется в ответственности, в таком способе действия, когда принимают свою часть ответственности за мир, за самих себя и за других. Сын – свободен, ему принадлежит что-то, что он не позволит разрушить. Однако, все виды ответственности в миру, о которых мы говорили, являются, частичной ответственностью, ограниченной определенным пространством, определенным государством и т.д. Святой же Дух соделывает нас сынами и дочерьми Бога. Он вовлекает нас в ответственность Самого Бога за свой мир, за все человечество. Он учит нас смотреть на мир, на других и на нас самих глазами Бога. Мы делаем добро не как рабы, несвободные поступать по-другому, но потому, что мы лично несем ответственность за все; потому что мы любим истину и добро, любим Бога, а значит и Его творения. Такова истинная свобода, к которой хочет привести нас Святой дух. Церковные движения желают и должны быть школой свободы, этой истинной свободы. Давайте учиться в них этой истинной свободе, а не свободе рабов, спешащих отхватить для себя кусок от общего пирога, не беспокоясь, хватит ли другим. Мы желаем истинной и великой свободы – свободы наследников, свободы чад Божиих. В этом мире, где так много иллюзорной свободы, разрушающей окружающую среду и человека, давайте, силою Святого Духа, вместе учиться истинной свободе; давайте созидать школы свободы; показывать другим всей своей жизнью, что мы свободны, и что прекрасно быть по-настоящему свободными в истинной свободе сынов Божиих.
Святой Дух, давая жизнь и свободу, дарует и единство. Эти три дара являются неразделимыми между собою. Я говорю уже слишком долго; однако позвольте мне сказать еще одно слово о единстве. Чтобы понять его, может оказаться полезной одна фраза, которая на первый взгляд как будто отдаляет нас от него. Иисус говорит Никодиму, который в поиске истины приходит ночью к Нему со своими вопросами: «Дух дышит, где хочет» (Ин 3, 8). Но воля Духа не произвольна. Это воля истины и блага. Поэтому Он дышит не где придется, поворачиваясь то туда, то сюда; Его дуновение не рассеивает нас, но собирает воедино, ибо истина соединяет и любовь соединяет. Святой Дух есть Дух Иисуса Христа, Дух, соединяющий Отца с Сыном в Любви, которую Он в едином Боге принимает и дарует. Он настолько соединяет нас, что св. Павел сказал однажды: «Все вы одно во Христе Иисусе» (Гал 3, 28). Святой Дух своим дуновением подталкивает нас ко Христу. Святой Дух действует телесно; Он не действует только субъективно, «духовно». Ученикам, считавших Его лишь «духом», воскресший Христос говорит: «Это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух – привидение – плоти и костей не имеет, как видите у Меня» (ср. Лк 24, 39). Эти слова воскресшего Христа действительны для любой исторической эпохи. Он – не призрак, не просто дух, мысль или идея. Он остался Воплощенным – Тем, Кто принял нашу плоть – и продолжает неизменно созидать Свое Тело, делает из нас Свое Тело. Дух дышит, где хочет, а Его воля – это единство, ставшее плотью, единство, сталкивающееся с миром и преобразующее его.
В Послании к Ефесянам св. Павел говорит, что это Тело Христово, которым является Церковь, имеет скрепляющие связи (ср. 4,16), и даже называет их: это апостолы, пророки, евангелисты, пастыри и учители (ср. 4, 12). Дух в своих дарах многообразен – мы это видим. Если взглянуть на историю, если взглянуть на нас, собравшихся здесь, на площади св. Петра, то мы заметим, как Он постоянно пробуждает новые дары; мы видим, насколько различны органы, создаваемые Им, и как Он, всегда по-новому, действует в Теле. Но многообразие и единство идут в Нем вместе. Он дышит, где хочет. Он делает это неожиданным образом, в неожиданных местах и в таких формах, какие раньше и представить было невозможно. И с каким многообразием и телесностью Он это делает! И именно здесь многообразие также неотделимо от единства. Он желает вашего многообразия, Он желает, чтобы вы были единым телом, в единстве с прочно установившимся порядком – со скрепляющими связями – Церкви, с преемниками апостолов и преемником св. Петра. Он не избавляет нас от труда устанавливать взаимоотношения; но показывает также, что и Он действует ради единства Тела и в единстве единого Тела. Только так единство обретает свою силу и красоту. Примите же участие в созидании единого тела! Пусть пастыри заботятся о том, чтобы Дух не угас (ср. 1 Фес 5, 19), а вы не переставайте нести ваши дары всей общине. И еще раз: Дух Святой дышит, где хочет. Но Его воля – это единство. Он ведет нас ко Христу; Он ведет нас в Его Тело. «Из Христа, – говорит св. Павел, – из Которого все тело, составляемое и совокупляемое посредством всяких взаимно скрепляющих связей, при действии в свою меру каждого члена, получает приращение для созидания самого себя в любви» (Еф 4, 16).
Святой Дух делает единства, Он желает целостности. Поэтому Его присутствие проявляется главным образом в миссионерском порыве. Кто нашел нечто истинное, прекрасное и благое в своей жизни – единственное настоящее сокровище, драгоценную жемчужину! – тот спешит поделиться этим всюду, в семье и на работе, во всех сферах своей жизни. Он делает это без какого-либо страха – потому что знает, что усыновлен; без какого-либо самомнения – потому что все, что он имеет, является даром; не падая духом – потому что Дух Божий предваряет его действия в «сердце» людей, находясь, как семя, в самых разных культурах и религиях. Он делает это, не зная границ, поскольку является носителем Благой Вести, адресованной всем людям, всем народам. Дорогие друзья, прошу вас быть – еще больше, намного больше – сотрудниками во вселенском апостольском служении Папы, открывая двери Христу. Это – наилучшее служение Церкви людям и особенно бедным, дабы жизнь человека, более справедливый порядок в обществе и мирное сосуществование народов нашли во Христе «краеугольный камень», на котором бы созидалась подлинная цивилизация, цивилизация любви. Святой Дух дает верующим более высокое видение мира, жизни, истории, и делает их хранителями надежды, которая не постыжает.
Итак, молимся Богу Отцу, через Господа нашего Иисуса Христа, в благодати Духа Святого, дабы празднование торжества Пятидесятницы стало пылающим огнем и порывистым ветром для христианской жизни и для миссии всей Церкви. Слагаю нужды ваших движений и общин в сердце Пресвятой Девы Марии, присутствующей в Горнице вместе с апостолами; да испросит Она об их конкретном разрешении. На всех призываю излияния даров Духа, дабы и в наше время можно было пережить новую Пятидесятницу.
