Св. Бонавентура-2: "учебник" мистики и здравый реализм
- Big Buck Bunny Trailer
Общая аудиенция 10 марта состоялась в два этапа: в 10.30 в ватиканской базилике Святейший Отец Бенедикт XVI встретился с участниками паломничества Фонда Дона Карло Ньокки; затем, в зале Павла VI, Папа прочитал катехезу и встретился с группами паломников и верных, прибывших из Италии и многих стран мира.
В своей речи на итальянском языке, продолжая цикл катехез о христианской культуре Средневековья, Папа еще раз остановился на личности св. Бонавентуры да Баньореджо. Затем Папа обратился с призывом проявить солидарность с населением Турции, пострадавшим во время недавнего землетрясения, и с жертвами насилия в Нигерии.
Дорогие братья и сестры,
На прошлой неделе я говорил о жизни и личности св. Бонавентуры из Баньореджо. Этим утром мне бы хотелось продолжить его представление, остановившись на части его литературной деятельности и учении.
Как я уже говорил, среди различных заслуг св. Бонавентуры имелась заслуга подлинного и верного толкования личности св. Франциска Ассизского, которого он почитал и изучал с огромной любовью. Особенно ярко это выразилось в следующем случае: во времена св. Бонавентуры одно из течений Братьев Меньших, называвших себя "спиритуалами", утверждало, что вместе со св. Франциском началась абсолютно новая фаза истории, что вместе с ним, якобы, явилось "вечное Евангелие", о котором говорится в Апокалипсисе и которое заменяет собой Новый Завет. Эта группа утверждала, что Церковь отныне исчерпала свою историческую роль и на ее место пришла харизматическая община свободных людей, внутренне направляемых Духом, то есть, "Францисканцы спиритуалы". В основе идей этой группы лежали писания аббата-цистерцианца Иоахима Флорского, умершего в 1202 году. В своих произведениях он утверждал, что истории присущ тринитарный ритм. Он рассматривал Ветхий Завет как эру Отца, за которой следовало время Сына, время Церкви. И что, якобы, следовало еще ожидать третью эру - эру Святого Духа. Таким образом, вся история толковалась как история прогресса: от суровости Ветхого Завета к относительной свободе времени Сына, в Церкви, до полной свободы Чад Божиих в период Святого Духа, который, по его словам, должен стать, наконец, периодом мира между людьми, примирения между народами и религиями. Иоахим Флорский вселил надежду на то, что начало нового времени пришло с новым монашеством. Поэтому вполне объяснимо, что группа францисканцев «узнала» во св. Франциске Ассизском инициатора нового времени, а в его Ордене общину нового периода, - общину времени Святого Духа, которое оставляло позади себя иерархическую Церковь, чтобы начать новую Церковь Духа, больше не связанную со старыми структурами.
Следовательно, возникал серьезнейший риск неправильного понимания послания св. Франциска, его смиренной преданности Евангелию и Церкви, и это недоразумение влекло за собой ошибочный взгляд на христианство в целом.
Св. Бонавентура, ставший в 1257 году генералом Францисканского Ордена, столкнулся с серьезным напряжением внутри своего Ордена, возникшим именно из-за тех, кто поддерживал упомянутое течение "Францисканцев спиритуалов", вдохновлявшихся трудами Иоахима Флорского. Именно с целью ответить этой группе и восстановить единство Ордена св. Бонавентура тщательно изучил подлинные писания Иоахима Флорского, а также приписываемые ему труды и, учитывая необходимость точного представления личности и послания любимого им св. Франциска, он пожелал изложить правильное видение богословия истории. Св. Бонавентура рассмотрел эту проблему в своем последнем произведении, сборнике лекций для монахов, учившихся в Париже, оставшимся неоконченным и дошедшим до нас через транскрипции слушателей, озаглавленном Hexaëmeron (Шестоднев), то есть, аллегорическом объяснении шести дней сотворения. Отцы Церкви рассматривали шесть или семь дней из рассказа о сотворении как пророчество истории мира, человечества. Семь дней представлялись им как семь периодов истории, которые позже были истолкованы также как семь тысячелетий. Они считали, что с Христом мы вошли в последний, то есть шестой период истории, за которым якобы последует великая суббота Бога. Св. Бонавентура допускает это историческое толкование о связи с днями творения, но в очень свободной и новаторской форме. Он считает, что два явления его времени делают необходимым новое толкование хода истории:
Первое: личность св. Франциска, человека, полностью соединенного со Христом вплоть до общности стигматов, почти alter Christus, а вместе со св. Франциском - созданная им новая община, отличающаяся от известного до того времени монашества. Это явление требовало нового толкования, как новизна Бога, явившаяся в тот момент.
Второе: позиция Иоахима Флорского, - который провозглашал новое монашество и абсолютно новый период истории, - требовала какого-то ответа.
В качестве генерала Францисканского Ордена св. Бонавентура сразу увидел, что со спиритуалистической концепцией Орден был неуправляемым, и логически шел к анархии. Из этого он вывел два последствия:
Первое: практическая необходимость в структурах и их введение в реальность иерархической Церкви, в реальную Церковь, нуждалась в богословском обосновании, особенно потому, что другие, следовавшие спиритуалистской концепции, демонстрировали эффектную богословскую основу.
Второе: даже с учетом необходимого реализма не следовало упускать из виду новизну личности св. Франциска.
Как же ответил св. Бонавентура на практическое и теоретическое требование? Я могу дать здесь лишь очень схематичный и неполный обзор некоторых пунктов его ответа:
1. Св. Бонавентура отвергает идею тринитарного ритма истории. Бог един для всей истории, и не делится на три божества. Следовательно, история едина, даже если это путь, и - в соответствии со св. Бонавентурой - путь прогресса.
2. Иисус Христос есть последнее слово Бога - в Нем Бог сказал все, даруя и выражая Себя. Больше, чем Самого Себя, Бог не может ни сказать, ни дать. Святой Дух есть Дух Отца и Сына. Сам Христос говорит о Святом Духе: "...Он напомнит вам обо всем, что Я вам сказал" (Ин 14, 26), "от Моего возьмет и возвестит вам" (Ин 16, 15). Следовательно, нет иного, более возвышенного Евангелия, и не следует ждать иной Церкви. Поэтому Орден св. Франциска должен также влиться в эту Церковь, в ее веру, в ее иерархический порядок.
3. Это не означает, что Церковь закостенела, зафиксирована на прошлом и в ней не может быть новизны. "Opera Christi non deficiunt, sed proficiunt", дело Христа не отступает, а движется вперед, говорит святой в послании De tribus quaestionibus. Так святой Бонавентура четко формулирует идею прогресса, и это является новизной по отношению к Отцам Церкви и к большинству его современников. Для святого Бонавентуры Христос больше не является, как это было для Отцов Церкви, концом, но центром истории; со Христом история не кончается, но начинается ее новый этап. Еще один вывод заключается в следующем: до того времени господствовала идея, что Отцы Церкви были абсолютной вершиной богословия, и все последующие поколения якобы могут быть только их учениками. Святой Бонавентура также признает Отцов, как учителей навсегда, но явление св. Франциска придало ему уверенность в том, что богатство слова Христа неисчерпаемо, и что в новых поколениях также может проявиться его новый свет. Уникальность Христа гарантирует также новизну и обновление во все периоды истории.
Конечно, Францисканский Орден, - подчеркивает св. Бонавентура, - принадлежит Церкви Иисуса Христа, апостольской Церкви, и не может строиться на некоем утопическом спиритуализме. Но, в то же время, новизна этого Ордена по отношению к классическому монашеству является значительной, и св. Бонавентура, - как я говорил в предыдущей катехезе, - защищал эту новизну от нападок секулярного духовенства Парижа: францисканцы не имеют закрепленного за ними монастыря, они могут присутствовать повсюду, чтобы благовествовать. Именно этот отказ от стабильности, характерной для монашества, в пользу гибкости, вернул Церкви миссионерскую динамичность.
Здесь, вероятно, было бы полезно отметить, что и сегодня существуют мнения, согласно которым вся история Церкви во втором тысячелетии - это, якобы, история непрерывного упадка; некоторые усматривают начало этого упадка уже сразу после Нового Завета. На самом же деле, "Opera Christi non deficiunt, sed proficiunt", дело Христа не отступает, но прогрессирует. Чем была бы Церковь без новой духовности цистерцианцев, францисканцев и доминикан, без духовности св. Терезы Авильской и св. Иоанна Креста и других? И сегодня актуальным остается это утверждение: "Opera Christi non deficiunt, sed proficiunt", оно идет вперед. Св. Бонавентура учит нас совокупности необходимого и тщательного распознавания, сдержанного реализма и открытости к новым харизмам, которые Христос дарует Своей Церкви во Святом Духе. И в то время как повторяется эта идея об упадке, точно так же повторяется другая идея, о "спиритуалистском утопизме". Действительно, мы знаем о том, что после Второго Ватиканского Собора некоторые были убеждены, что все будет новым, что будет другая Церковь, что дособорная Церковь, якобы, кончилась, и вместо нее будет другая, полностью "другая". Анархический утопизм! И благодаря Богу мудрые кормчие лодки Петра, Папа Павел VI и Папа Иоанн Павел II с одной стороны защищали новизну Собора, а с другой, в то же время, защищали уникальность и преемственность Церкви, которая всегда является Церковью грешников и местом Благодати.
4. В этом смысле св. Бонавентура, как генерал францисканцев, избрал такую линию правления, при которой было ясно, что новый орден не может, как община, жить на той же "эсхатологической высоте", что и св. Франциск, в котором он видел предвосхищение будущего мира, но, - руководствуясь, в то же время, здравым реализмом и духовным мужеством, - должен приближаться как можно ближе к максимальному осуществлению Нагорной Проповеди, которая для св. Франциска правилом, даже с учетом ограниченности человека, отмеченного первородным грехом.
Таким образом мы видим, что для св. Бонавентуры управление заключалось не просто во внешней деятельности, но прежде всего в том, чтобы думать и молиться. В основе его молитвы мы всегда находим молитву и мысль; все его решения были результатом размышления, мысли, освещенной молитвой. Глубокий контакт со Христом всегда сопровождал его труд генерала, и поэтому он написал целый ряд богословско-мистических трудов, которые выражают суть его правления и демонстрируют намерение духовно возглавлять Орден, то есть, управлять им не только с помощью команд и структур, но направляя и просвещая души, ориентируя их ко Христу.
Из этих его трудов, которые являются душой его правления и которые показывают путь, который следует пройти как отдельному человеку, так и общине, мне бы хотелось упомянуть лишь об одном, о его шедевре, Itinerarium mentis in Deum, который является своего рода "учебником" мистического созерцания. Эта книга была задумана в месте, отмеченном глубокой духовностью: на горе дела Верна, где св. Франциск получил стигматы. Во вступлении автор излагает обстоятельства, положившие начало этому труду: "Будучи там и размышляя о путях духовного восхождения к Богу, вспомнилось мне среди прочих чудо, произошедшее в этом месте с самим святым Франциском, когда он увидел серафима с крыльями, сложенными по подобию Распятия. Погруженному в эти мысли, открылось мне, что видение это говорит об экстазе блаженного отца и указывает путь, следуя по которому можно его достичь" (Itinerario della mente in Dio, Prologo, 2, in Opere di San Bonaventura. Opuscoli Teologici /1, Roma 1993, p. 499).
Шесть крыльев серафима становятся, таким образом, символом шести ступеней, которые постепенно ведут человека от познания Бога, через наблюдения мира и творений, и через познание своей души с ее способностями, к желанному соединению ее с Троицей через Христа, к подражанию святому Франциску Ассизскому. Последние слова из Itinerarium св. Бонавентуры, которые отвечают на вопрос о том, как можно достичь этого мистического общения с Богом, как бы предназначены для того, чтобы сойти в самое сердце: «Если ты спросишь, каким образом достичь этого (мистического общения с Богом), то вопрошай благодать, не учение; желание, а не разум; воздыхание молитвы, а не исследование книг; жениха, а не учителя; Бога, а не человека; мрак, а не светозарность; не свет, а полностью попаляющий огонь, восхищающий в Бога через помазание и пламенный порыв души ... Так умрем же и войдем во мрак, да умолкнет голос забот земных желаний и чувственных образов, перейдем вместе с Распятым Христом "от мира сего к Отцу", а увидев нашего Отца, скажем вместе с Филиппом "Довольно для нас"» (ibid., VII, 6).
Дорогие друзья, давайте примем этот призыв, обращенный к нам св. Бонавентурой, Серафическим Доктором, и вольемся в число учеников божественного Учителя: будем слушать Его Слово жизни и истины, звучащее в глубине нашей души. Очистим наши мысли и дела, дабы Он мог обитать в нас, и мы могли понимать Его божественный голос, увлекающий нас к истинному счастью.
