Иоанн Златоуст (2): четыре шага Бога
- Big Buck Bunny Trailer
26-го сентября общая аудиенция состоялась в 10.00 на площади святого Петра, где Святейший Отец – прибывший на вертолете из летней резиденции Кастель Гандольфо – встретился с группами паломников и верных из Италии и разных стран мира.
В своей речи на итальянском языке, продолжая цикл катехез об Апостольских Отцах, Папа вновь остановился на личности св. Иоанна Хризостома.
Дорогие братья и сестры!
Продолжим сегодня наше размышление о святом Иоанне Хризостоме. После периода, проведенного в Антиохии, в 397 году он был назначен епископом Константинополя, столицы восточной римской империи. С самого начала Иоанн задумал реформу своей Церкви: строгость епископского дворца должна была служить примером для всех – для духовенства, вдов, монахов, придворных и богачей. К сожалению, многие из них, задетые его суждениями, отдалились от него. Заботливого к бедным, Иоанна называли также «архиепископом, ведающим раздачей милостыни». В самом деле, – ему, как чуткому руководителю, удалось создать благотворительные учреждения, которые были оценены очень высоко. Его предприимчивость в различных областях сделала его для некоторых опасным соперником. Но он, все же, как истинный Пастырь, обращался со всеми сердечно и по-отечески. Так, с женщинами он всегда говорил мягко и уделял особое внимание вопросам брака и семьи. Он призывал верных участвовать в литургической жизни, которую он, своим творческим гением, сделал великолепной и привлекательной.
Несмотря на доброе сердце, жизнь его не была спокойной. Пастырь столицы империи, он часто оказывался замешанным в политические вопросы и интриги, из-за своих постоянных отношений с гражданскими властями и учреждениями затем, в церковном плане, низложив в Азии в 401 году шесть недостойно избранных епископов, он был обвинен в том, что преступил границы своей юрисдикции, став, таким образом, мишенью для легковесных обвинений. Еще одним предлогом против него стало присутствие нескольких египетских монахов, отлученных патриархом Феофилом Александрийским и укрывшихся в Константинополе. Горячая полемика возникла затем из-за критики, выдвинутой Хризостомом в адрес императрицы Евдоксии и ее придворных, которые ответили тем, что всячески дискредитировали его, осыпая оскорблениями. Все это привело в его низложению, на синоде, организованном тем же патриархом Феофилом в 403 году, с последующим приговором к первой краткой ссылке. После его возвращения враждебность, возникшая к нему из-за порицания празднеств в честь императрицы, – которые епископ считал языческими, непотребными, – и изгнание пресвитеров, которым он поручил совершить Крещение в пасхальную ночь 404 года обозначили начало гонений на Хризостома и на его последователей, так называемых «Иоаннитов».
Тогда Иоанн обличил эти факты в письме к Епископу Рима, Иннокентию I. но уже было слишком поздно. В 406 году ему пришлось снова отправиться в ссылку, на этот раз в Кукуз, в Армению. Папа был убежден в его невиновности, но он был не в силах помочь ему. Собор, которого желал Рим для примирения между двумя частями империи и между их Церквами, не мог состояться. Утомительный переезд из Кукуза в Пициунд, – цель, которая так никогда и не была достигнута, – должен быть воспрепятствовать посещениям верных и сломить сопротивление обессиленного изгнанника: приговор к изгнанию был настоящим приговором к смерти! Волнующими являются многочисленные письма из ссылки, в которых Иоанн проявляет пастырское беспокойство, участие и боль из-за преследования против его приверженцев. Марш навстречу смерти был остановлен в городке Команах в Понте. Здесь умирающий Иоанн был принесен в часовню святого мученика Василиска, где предал дух Богу и был погребен, мученик рядом с мучеником (Palladio, Vita 119). Был день 14 сентября 407 года, праздник Воздвижения Святого Креста. Его реабилитация состоялась в 438 году при Феодосии II. Мощи святого епископа, покоившиеся в церкви Апостолов в Константинополе, были затем перевезены в 1204 году в Рим, в раннюю константиновскую базилику, и теперь они покоятся в часовне Хора Каноников Базилики Святого Петра. 24 августа 2004 года значительная часть их была подарена Папой Иоанном Павлом II Патриарху Варфоломею I Константинопольскому. Литургическая память святого празднуется 13 сентября. Блаженный Иоанн XXIII провозгласил его покровителем II Ватиканского Собора.
Об Иоанне Хризостоме говорили, что когда он взошел на престол Нового Рима, то есть, Константинополя, Бог дал увидеть в нем второго Павла, учителя Вселенной. Действительно, в Хризостоме есть существенное единство мысли и действия в Антиохии как в Константинополе. Меняются только роль и ситуации. Размышляя над восемью деяниями, которые совершил Бог в череде шести дней, в толковании к Книге Бытия Хризостом желает привести верных от творения к Творцу: «Это великое благо», – говорит он, – «знать, что есть творение, и что есть Творец». Он показывает нам красоту творения и транспарентность Бога в Своем творении, которое, таким образом, становится как бы «лестницей», чтобы взойти к Богу, узнать Его. Но к этому первому шагу добавляется второй: этот Бог-создатель является также Богом снисходительности (synkatabasis). Мы слабы, чтобы «взойти», наши глаза слабы. И тогда Бог становится Богом снисходительности, и посылает павшему и считающему себя чужим человеку письмо, Священное Писание, так, чтобы творении и Писание дополняли друг друга. В свете Писания, письма, которое дал нам Бог, мы можем расшифровать творение. Бог назван «нежным отцом» (philostorgios) (ibid.), врачевателем душ (Omelia 40,3 sulla Genesi), матерью (ibid.) и сердечным другом (Sulla provvidenza 8,11-12). Но к этому второму шагу – первый шаг – это творение как «лестница» к Богу, а затем – снисходительность Бога посредством данного нам письма, Священного Писания – добавляется третий шаг. Бог не только передал нам письмо: в конце концов Он снисходит Сам, Он воплощается, становится воистину «Богом-с-нами», нашим братом до смерти на Кресте. И к этим трем шагам – Бог является видимым в творении, Бог дает нам Свое письмо, Бог снисходит и становится одним из нас – добавляется в конце четвертый шаг. Внутри жизни и действия христианина, жизненным и динамическим началом является Святой Дух (Pneuma), Который преобразует реальности мира. Бог входит в само наше существование посредством Святого Духа и преобразует нас изнутри нашего сердца.
На этом фоне, в Константинополе, в непрерывном толковании Деяний Апостолов, Иоанн предлагает образец примитивной Церкви (At 4,32-37) как пример для общества, развивая социальную «утопию» (своего рода «идеальный город»). Он говорил о том, чтобы дать городу христианское лицо и душу. Другими словами, Хризостом понял, что недостаточно давать милостыню, помогать бедным от случая к случаю, но необходимо создать новую структуру, новую модель общества; модель, основанную на перспективе Нового Завета. Именно это новое общество показано в зарождающейся Церкви. Поэтому, Иоанн Хризостом действительно становится одним из великих Отцов социальной доктрины Церкви: старую идею относительно греческого «polis» следует заменить новой идеей города, вдохновленного христианской верой. Хризостом утверждал с Павлом (ср. 1 Кор 8, 11) первенство каждого отдельно взятого христианина, человека как такового, даже раба и бедного. Таким образом его замысел корректирует традиционную точку зрения греков на «polis», на город, в котором широкие слои населения были исключены из прав гражданства, в то время как в христианском городе все являются братьями и сестрами с равными правами. Первенство личности является также следствием факта, что реально исходя из нее, созидается город, в то время как в греческом «полисе» отечество было над отдельным человеком, который был полностью подчинен городу в его совокупности. Так с Хризостома начинается видение общества, построенного христианским сознанием. И он говорит нам, что наш «polis» является иным, «наше же жительство – на небесах» (Флп 3, 20), и это наше отечество, также на этой земле, делает нас всех равными, братьями и сестрами, и обязывает нас к солидарности.
В конце своей жизни, из ссылки к границам Армении, «самого отдаленного места в мире», Иоанн, возвращаясь к своей первой проповеди 386 года, вновь затрагивает дорогую для него тему о Божьем замысле в отношении человечества: это замысел «неизречимый и непостижимый», но несомненно направляется Им с любовью (ср. Sulla provvidenza 2,6). Мы уверены в этом. Даже если мы не можем расшифровать детали личной и коллективной истории, мы знаем, что замысел Божий всегда вдохновляется Его любовью. Так, несмотря на свои страдания, Хризостом вновь подтвердил открытие, что Бог любит каждого из нас бесконечной любовью, и потому желает спасения всех. Со своей стороны святой епископ сотрудничал в этом спасении щедро, не жалея себя, на протяжении всей своей жизни. Высшей целью своего существования он считал ту славу Божию, которую, – уже умирающий, – он оставил как свое последнее завещание: «Слава Богу за все!» (Palladio, Vita 11).
