Тайна связи Христа и Церкви
- Big Buck Bunny Trailer
Общая аудиенция 15 марта состоялась в 10:30 на площади св. Петра, где Святейший Отец Бенедикт XVI встретился с группами паломников и верных, прибывших из Италии и из многих стран мира.
В своей речи на итальянском языке Папа размышлял на тему: «Воля Иисуса относительно Церкви и избрание Двенадцати».
После краткого пересказа своей катехезы на разных языках Святейший Отец обратился с отдельными приветствиями к каждой группе паломников.
Дорогие братья и сестры,
после катехез по Псалмам и Песням Хвалы Утренней и Вечерни Литургии Часов мне бы хотелось посвятить ближайшие встречи, проходящие по средам, тайне связи между Христом и Церковью, рассматривая ее исходя из опыта апостолов, в свете вверенной им задачи. Церковь была основана на апостолах как община веры, надежды и любви. Через апостолов мы восходим до самого Иисуса. Церковь начала созидаться, когда несколько галилейских рыбаков встретили Иисуса и были покорены Его взглядом, Его голосом, Его страстным и сильным призывом: «Идите за Мною, и Я сделаю, что вы будете ловцами человеков» (Мк 1, 17; Мф 4, 19). Мой возлюбленный предшественник Иоанн Павел II предложил Церкви – в начале третьего тысячелетия – созерцать лик Христа (ср. Novo millennio ineunte, 16 ss). Двигаясь в том же направлении, в катехезах, которые я начинаю сегодня, мне хотелось бы показать, как именно свет этого Лика отражается на лике Церкви (ср. Lumen gentium, 1), несмотря на границы и тени нашей хрупкой и греховной человеческой природы. После Марии – чистого отражения света Христова – истину Христа нам вручили апостолы – своим словом и свидетельством. Тем не менее, их миссия не является изолированной, но располагается внутри тайны общности, которая вовлекает весь Народ Божий и осуществляется поэтапно, от Ветхого к Новому Завету.
В этой связи следует сказать, что послание Иисуса полностью искажается, если оно отделяется от контекста веры и надежды избранного народа: так же, как и Иоанн Креститель – Его непосредственный предтеча, – Иисус обращается прежде всего к Израилю (ср. Мф 15,24), чтобы сделать из этого народа «собрание» в наступившее с Ним эсхатологическое время. И, подобно проповедованию Иоанна, также и проповедование Иисуса является одновременно призывом благодати и предметом пререканий и суждения для всего народа Божия. Поэтому с самого начала Своего спасительного служения Иисус из Назарета стремится собрать Народ Божий. И хотя Его проповедь – это всегда призыв к личному обращению, в действительности, Его постоянной целью является создание Народа Божьего, который Он пришел объединить и спасти. Поэтому индивидуалистская интерпретация возвещения Христом Царства, предложенная либеральным богословием, является односторонней и необоснованной. Она была резюмирована в 1900 году выдающимся либеральным теологом Адольфом фон Гарнаком на его лекциях о сущности христианства следующим образом: «Царство Божие наступает, насколько оно наступает в отдельных людях, оно находит доступ к их душам, и они принимают его. Царство Божие является, несомненно, господством Бога, но это господство святого Бога в отдельных сердцах» (Lezione Terza, 100s). В действительности этот индивидуализм либеральной теологии является типично современным проявлением: в перспективе библейской традиции и в горизонте иудаизма, в котором располагается дело Иисуса во всей его новизне, становится ясно, что вся миссия облекшегося в плоть Сына имеет общественную цель: Он пришел именно для того, чтобы объединить рассеянное человечество, чтобы собрать воедино эсхатологический народ Божий.
Очевидным знаком намерения Назарянина собрать общину Завета, чтобы показать в ней исполнение обетований, данных Отцам, является избрание Двенадцати: «Потом взошел на гору, и позвал к Себе, кого Сам хотел; и пришли к Нему. И поставил из них двенадцать, чтобы с Ним были, и чтобы посылать их на проповедь, и чтобы они имели власть исцелять от болезней и изгонять бесов…» (Мк 3,13-16; ср. Мф 10,1-4; Лк 6,12-16). В месте откровения, на «горе», Иисус абсолютно сознательно и решительно поставил Двенадцать апостолов, чтобы они вместе с Ним были свидетелями и провозвестниками наступления Царства Божия. В историчности этого избрания нет сомнений, не только в силу древности и многочисленности свидетельств, но также из-за простой причины, что в них появляется имя Иуды, апостола-предателя, несмотря на все трудности, которые мог повлечь этот факт для зарождающейся Церкви. Число Двенадцать, очевидным образом напоминающее о двенадцати израильских племенах, уже раскрывает значение пророчески символического деяния, подразумевающегося в новом избрании Народа Божия. Давно пережив закат системы двенадцати племен, Израиль надеялся на ее восстановление, как на знак наступления эсхатологического времени (об этом можно прочитать в заключение книги Иезикииля: 37,15-19; 39,23-29; 40-48). Избирая Двенадцать, вводя их в общность жизни с Собой и делая их причастниками Своей миссии возвещения Царства словами и делами (ср. Мк 6,7-13; Мф 10,5-8; Лк 9,1-6; Лк 6,13), Иисус желает сказать, что наступило решающее время, когда восстанавливается народ Божий, народ двенадцати племен, который теперь преобразуется во вселенский народ, Его Церковь.
Самим своим существованием Двенадцать – призванные из разных мест – становятся призывом ко всему Израилю, дабы он обратился и позволил собрать себя в новый завет, полное и совершенное исполнение завета ветхого. То, что Он поручил им во время Тайной Вечери, до Своих страстей, осуществлять Евхаристию в Его воспоминание, показывает, что Иисус желал передать всей общине в лице ее пастырей задачу быть в истории знамением и орудием начатого в Нем эсхатологического собрания. В определенном смысле можно сказать, что именно Тайная Вечеря является актом основания Церкви, потому что Он отдает Самого Себя и созидает, таким образом, новую общину – общину, соединенную с Ним Самим в причастии. В этом свете становится понятным, что Воскресший сообщает им – через излияние Святого Духа – власть отпускать грехи (ср. Ин 20, 23). Двенадцать апостолов являются, таким образом, наиболее очевидным знаком воли Иисуса в отношении существования и миссии Своей Церкви, гарантией того, что между Христом и Церковью нет никакого противопоставления: они неразделимы, несмотря на грехи людей, образующих Церковь. Именно поэтому слоган, бывший в моде несколько лет назад: «Иисусу – да, Церкви – нет», является абсолютно непримиримым с намерением Христа. Этот индивидуалистский, «избранный» Иисус относится к миру фантазии. Мы не можем иметь Иисуса без реальности, которую Он сотворил и в которой Он сообщает Себя. Между Сыном Божиим, облекшимся в плоть, и Его Церковью существует глубокая, неразрывная и таинственная преемственность, в силу которой Христос присутствует сегодня в Своем народе. Он всегда является современным нам, Он всегда является современным в Церкви, построенной на основе апостолов, Он жив в преемстве апостолов. И это Его присутствие в общине, в которой Он всегда отдает Себя нам, является причиной нашей радости. Да, Христос с нами, Царство Божие наступает.
