Близок бог своим страдающим творениям

На общей аудиенции, состоявшейся в день рождения Иоанна Павла II - 18 мая, в зале Павла VI, Святейший Отец комментировал Псалом 112: Хвалите имя Господне – первая вечерня воскресенья третьей недели.

 

1 Аллилуия Хвалите, рабы Господни, хвалите имя Господне.

 

2 Да будет имя Господне благословенно отныне и вовек. 

 

3 От восхода солнца до запада [да будет] прославляемо имя Господне.

 

4 Высок над всеми народами Господь; над небесами слава Его. 

 

5 Кто, как Господь, Бог наш, Который, обитая на высоте, 

 

6 приклоняется, чтобы призирать на небо и на землю; 

 

7 из праха поднимает бедного, из брения возвышает нищего, 

 

8 чтобы посадить его с князьями, с князьями народа его; 

 

9 неплодную вселяет в дом матерью, радующеюся о детях? Аллилуйя!

 

Катехеза Святейшего Отца

 

Дорогие братья и сестры, 

 

прежде чем приступить к толкованию 112-го Псалма, хочу напомнить, что сегодня день рождения нашего любимого Папы Иоанна Павла II. Ему исполнилось бы 85 лет, и мы уверены, что он видит нас с Небес, и что он с нами. В связи с этим давайте скажем огромное спасибо Господу за дар этого Папы, а самому Папе – за все, что он сделал и выстрадал. 

 

1. Только что вновь прозвучал простой и прекрасный Псалом 112, величественное вступление к собранию Псалмов, называемому «Египетский Халлель» (Псалмы 112 – 117). Оно представляет собой Аллелуию, то есть песнь хвалы, воспевающую освобождение от рабства фараона и радость Израиля в свободном служении Господу на земле обетованной (ср. Пс 113). 

 

Не случайно иудейская традиция связывала этот ряд Псалмов с пасхальной литургией. Празднование этого события – в его социально-историческом, и, прежде всего, в духовном измерениях – переживалось как знак освобождения от зла в многообразии его проявлений. 

 

Псалом 112 представляет собой небольшой гимн, текст которого на древнееврейском насчитывает всего около шестидесяти слов, проникнутых чувствами упования, хвалы и радости. 

 

2. Первая строфа (ср. Пс 112,1-3) восхваляет «имя Господне», которое, как известно, в библейском языке означает самого Бога, его живое и деятельное присутствие в человеческой истории. 

 

Трижды, страстно и настойчиво, звучит «имя Господне» в начале молитвы поклонения. Все пространство и все время, – «от восхода солнца до его заката», говорит псалмопевец (ст. 3), – вовлечено в единое действо вознесения благодарения. Единым дыханием оно возносится от земли к небесам, чтобы восхвалить Господа, Создателя вселенной и Владыку истории. 

 

3. Именно через это движение, устремленное вверх, Псалом ведет нас к божественной тайне. Вторая часть (ср. ст. 4-6) посвящена прославлению трансцендентности Господа, для описания которой использованы вертикальные образы, превосходящие простой человеческий горизонт. Господь провозглашается «Всевышним», «обитающим на высоте», и никто не может сравняться с Ним; даже чтобы взглянуть на небо, Он должен «приклониться», ибо «выше небес слава Его» (ст. 4). 

 

Божественный взор устремлен на все творение, на земные и небесные существа. Но это не высокомерный и отрешенный взор холодного властителя. Господь – говорит псалмопевец – «приклоняется, чтобы призирать» (ст. 6). 

 

4. Таким образом, переходим к последней части Псалма (ср. ст. 7-9), в котором внимание с небесных высот перемещается на наш земной горизонт. Господь склоняется к нашей малости и бедности с великой заботой, иначе это могло бы повергнуть нас в страх. Его полный любви взор и действенная забота непосредственно обращены к малым и убогим этого мира: «Из праха поднимает бедного, из брения возвышает нищего» (ст. 7). 

 

То есть Бог склоняется над терпящими лишения и страждущими, чтобы утешить их. И это утешение достигает своего высшего смысла, своего высшего реализма в тот момент, когда Бог склоняется до того, чтобы воплотиться, стать одним из нас, и именно одним из бедных мира. Бедному Он оказывает самую великую честь, честь «сидеть с князьями»; да, «с князьями народа его» (ст. 8). Бесплодной женщине, которую в древнем обществе оскорбительно сравнивали с сухой и бесполезной ветвью, Бог дает честь и великую радость иметь много детей (ср. ст. 9). Следовательно, псалмопевец восхваляет Бога, несравнимо превосходящего нас Своим величием, но вместе с тем очень близкого своим страдающим творениям. 

 

В этих последних стихах Псалма 112 легко угадывается символическое предвосхищение слов Марии в Магнификате, гимне о выборе Бога, «призревшем на смирение Рабы Своей». С еще большей определенностью, чем наш Псалом, Мария провозглашает, что Бог «низложил сильных с престолов и вознес смиренных» (ср. Лк 1,48-52; ср. Пс 112,6-8). 

 

5. Один очень древний «вечерний гимн», хранящийся в так называемых Апостольских Конституциях (VII,48), подхватывает и развивает радостное начало нашего Псалма. Мы говорим об этом здесь, в заключение этого краткого размышления, чтобы подчеркнуть «христианский» характер, который придавали Псалмам первые общины на заре Церкви: «Хвалите, чада, Господа, / хвалите имя Господне. / Восхваляем Тебя, воспеваем Тебя, благословляем Тебя / за Твою непомерную славу. / Господь царь, Отче Христа, агнца непорочного, / берущего на Себя грехи мира. / Тебе подобает хвала, Тебе – хвалебная песнь, Тебе – слава, / Богу Отцу через Сына во Святом Духе / во веки веков. Аминь» (S. Pricoco - M. Simonetti, La preghiera dei cristiani, Milano 2000, p. 97).