Бог не сдается: Он находит способ
- Big Buck Bunny Trailer
Вечером 12 февраля, в 18. 00, Святейший Отец Бенедикт XVI отправился с визитом в Высшую Римскую семинарию, накануне праздника Богородицы Упования. По прибытии он был принят кардиналом викарием Агостино Валлини и ректором семинарии монс. Джованни Тани. Затем, в главной часовне семинарии, после приветственных слов ректора, Папа прочитал lectio divina для студентов Высшей римской семинарии, Алмо Коллегио Капраника, диоцезного коллегиума «Redemptoris Mater» и семинарии Богородицы Божественной Любви. По окончании лекции Папа остался в семинарии на ужин, затем вернулся в Ватикан.
Ваше Высокопреосвященство,
ваши преосвященства,
дорогие друзья!
Каждый год дает мне большую радость - возможность пообщаться с семинаристами Рима, с молодыми людьми, готовящимися ответить на призыв Господа быть работниками в Его винограднике, священнослужителями Его тайны. Радостно видеть, что Церковь живет, что у Церкви есть будущее также и в Италии, и конкретно - в Риме.
В этот Год священства нам следует быть особенно внимательными к словам Господа, касающимся нашего служения. В только что прозвучавшем отрывке из Евангелия говорится косвенно, но глубоко, о нашем Рукоположении, о нашем призыве пребывать в винограднике Господнем, быть служителями Его тайны.
В этом кратком отрывке есть несколько ключевых слов, которые указывают на весть, которую желает сообщить Господь через этот текст. «Пребудьте»: в этом отрывке десять раз встречается слово «пребывать»; затем - новая заповедь: «Да любите друг друга, как Я возлюбил вас», «Я уже не называю вас рабами, .. но друзьями», «приносите много плода»; и, наконец: «Просите, и будет вам дана радость». Попросим Господа, дабы Он помог нам войти в смысл Его слов, дабы эти слова проникли в наши сердца, став, таким образом, путем и жизнью в нас, с нами и через нас.
Первое из этих ключевых слов: «Пребывайте во Мне, в Моей любви». Пребывание во Господе является основополагающим в качестве первой темы этого отрывка. Пребывать: где? В любви, в любви Христовой, будучи любимыми и любя Господа. Вся 15 глава конкретизирует место нашего пребывания, потому что первые восемь стихов излагают и представляют притчу о виноградной лозе: «Я есмь лоза, а вы ветви». Лоза является ветхозаветным образом, который можно найти как в пророках, так и в Псалмах и имеет двойное значение: это притча для народа Божия, Его виноградника. Он насадил лозу в этом мире, взрастил Свой виноградник, защитил его, и с какою целью? Естественно, с целью получить плод, получить драгоценный дар винограда, доброго вина.
И таким образом, появляется второе значение: вино является символом, выражением радости любви. Господь создал Свой народ, чтобы найти ответ на Свою любовь. Этот образ виноградной лозы, виноградника, таким образом, имеет брачный смысл, он является выражением того факта, что Бог ищет любви Своего творения, через избранный Им народ Он желает вступить в брачные отношения с миром.
Но затем эта конкретная история оказалась историей неверности: вместо драгоценного винограда появляются только маленькие «несъедобные плоды», нет ответа на эту великую любовь, не рождается это единство, этот безусловный союз между человеком и Богом в общении любви. Человек замыкается в себе, он желает жить только для себя, желает иметь Бога для себя, желает иметь весь мир только для себя. Виноградник разоряется, подвергаясь набегам лесного вепря и других врагов, и таким образом, виноградник превращается в пустыню.
Но Бог не сдается: Он находит новый способ, чтобы прийти к свободной, бесповоротной любви, к плоду этой любви, к истинному винограду: Бог соделался человеком, став тем самым корнем этой виноградной лозы. Он Сам стал виноградной лозой, и таким образом лоза становится нерушимой. Этот народ Божий невозможно разрушить, поскольку Сам Бог вошел в него, укоренился в этой земле. Новый народ Божий действительно основан в Самом Боге, Который соделался человеком и таким образом призывает нас быть в Нем новой лозой и пребывать в Нем.
Кроме того, давайте вспомним о том, что в главе 6 Евангелия от Иоанна есть речь о хлебе, которая становится великим размышлением о евхаристической тайне. А в рассматриваемой нами главе 15 мы имеем речь о вине: Господь не говорит явно о Евхаристии, но, естественно, за тайной вина стоит реальность того, что Он соделал Себя плодом и вином для нас, что Его кровь - это плод любви, рождающейся от земли навсегда и, в Евхаристии, Его кровь становится нашей кровью, мы становимся новыми, принимаем новую идентичность, потому что кровь Христа становится нашей кровью. Таким образом мы породнились с Богом в Сыне и, в Евхаристии, становится реальностью эта великая реальность виноградной лозы, в которой мы являемся ветвями, соединенными с Сыном, и таким образом - соединенными с вечной любовью.
«Пребудьте»: пребудьте в этой великой тайне, пребудьте в этом новом даре Господа, который сделал нас народом в Самом Себе, в Своем Теле и Своею Кровью. Мне кажется, мы должны глубоко размышлять об этой тайне: то есть, о том, что Сам Бог сделался одним Телом с нами, одной Кровью с нами, чтобы мы пребывали в этой тайне общения с самим Богом, в этой великой истории любви, истории подлинного счастья. Размышляя об этом даре, - о том, что Бог сделался единым со всеми нами, и одновременно сделал всех нас одним единым целым, единой лозой, - мы также должны молиться о том, чтобы эта тайна всё глубже проникала в наши умы и сердца, чтобы мы всё больше могли видеть величие этой тайны и жить ею, начиная, таким образом, осуществлять этот императив: «пребудьте».
Если мы продолжим внимательно читать этот отрывок из Евангелия от Иоанна, то обнаружим и второй императив: «Пребудьте», и «Заповеди Мои соблюдайте». «Соблюдайте» - это всего лишь второй уровень; первым уровнем является «Пребудьте», онтологический уровень, то есть то, что мы соединены с Ним, что Он первым отдал Себя за нас, и уже даровал нам Свою любовь, плод. Это не мы должны производить обильный плод, а христианство не морализаторство; это не мы должны делать все, что Бог ожидает от мира, но мы должны в первую очередь войти в эту онтологическую тайну: Бог даёт Себя. Его бытие, Его любовь предшествует нашему действию, и внутри Его Тела, пребывая в Нём, отождествляясь с Ним, облагороженные Его Кровью мы можем действовать вместе со Христом.
Этика есть следствие бытия: сначала Господь дарует нам новое бытие, этот великий дар. Бытие предшествует действию, и затем из этого бытия следует действие как органическая реальность, и наши поступки могут соответствовать тому, кто мы есть. Возблагодарим Господа за то, что Он избавил нас от чистого морализма; мы не можем следовать предписанному закону, мы лишь должны поступать согласно нашей новой идентичности. Следовательно, речь уже идет не о внешнем послушании, а об осуществлении дара нового бытия.
Вновь повторю: возблагодарим Господа за то, что Он предшествует нам, за то, что Он Сам даёт нам то, что должны давать мы, и за то, что мы можем, в истине и силе нашего нового бытия, нам в силу нашего нового бытия остаётся лишь пребывать в истине, быть участниками Его реальности. Пребывать и соблюдать: соблюдение заповедей является знаком того, что мы пребываем в Нём, а само пребывание есть дар, который мы получаем от Него, который, однако, должен обновляться каждый день нашей жизни.
Затем следует новая заповедь: «Да любите друг друга, как Я возлюбил вас». Нет большей любви, чем эта: «если кто положит душу свою за друзей своих». Что это значит? Это также не вопрос морали. Кто-то скажет: «Это не новая заповедь; заповедь любви к ближнему есть уже в Ветхом Завете». Другие скажут: «Эта любовь должна быть ещё более радикальной. Любовь к другим должна быть подражанием Христу, который отдал Себя за нас; это должна быть героическая любовь, вплоть до самопожертвования». В таком случае, однако, христианство было бы героическим морализмом. Верно, что мы должны достичь этой радикальности любви, которую явил нам Христос, отдав Себя для нас, но и здесь также подлинная новизна заключается не в том, что делаем мы, а в том, что сделал Он: Господь отдал нам Себя, и Господь даровал нам истинную новизну быть членами Его тела, быть ветвями лозы, которая есть Он Сам. Следовательно, новизна - это дар, великий дар, и из этого дара, из его новизны следует, как я сказал, новое действие.
Св. Фома Аквинский говорит об этом очень точно: «Новый Закон есть благодать Святого Духа» (Summa Theologiae, I-IIae, q.106 a. 1). Новый Закон - это не очередная заповедь, более трудная, чем прежние: новый закон - это дар, новый закон - это присутствие Духа Святого, дарованного нам в таинствах Крещения, в Конфирмации, и каждый день даваемого нам в Пресвятой Евхаристии. Отцы делали различие между «sacramentum» и «exemplum». «Sacramentum» -это дар нового бытия, и этот дар также становится примером для нашего действия. «Sacramentum» предшествует действию, и мы живем таинством. Здесь совершенно очевидна центральная роль таинства, центральная роль дара.
Продолжим наше размышление. Господь говорит: «Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам всё, что слышал от Отца Моего». Уже не рабы, подчиняющиеся приказу, но друзья, которые знают, которые объединены одной волей, одной любовью. Новизна поэтому состоит в том, что Бог дал познать Себя, в том, что Бог явил Себя, в том, что Бог перестал быть неведомым Богом, которого ищут, но не находят, либо видят лишь издали. Бог явил Себя: в лике Христа мы видим Бога, Бог сделался «известным» нам, и таким образом сделал нас Своими друзьями. Вспомним о том, что в истории человечества, во всех архаичных религиях, люди знали, что существует Бог. Это знание глубоко укоренено в человеческом сердце, знание того, что Бог един, что божества - это не «тот самый» Бог. Однако этот Бог остаётся очень далеким, кажется, что Он не дает узнать Себя, Он не позволяет любить Себя, дружить с Ним, Он далёк. Поэтому религии мало занимались этим Богом; в конкретной жизни предпочитали заниматься практическими реальностями, с которыми нам приходится считаться ежедневно. Бог же оставался далеким.
Затем происходит великое философское движение: вспомним Платона и Аристотеля, которые начали понимать, что этот Бог есть agathòn, сама благость, что Он есть eros, который движет миром. Однако это всего лишь человеческая мысль, идея о Боге, Который приближается к истине, но это всего лишь наша идея, тогда как сам Бог остается сокрытым.
Недавно мне написал один профессор физики из Регенсбурга, который с большим опозданием прочитал моё выступление в университете этого города. Он желал сообщить мне, что не согласен с моей логикой, или может сделать это лишь частично. Он писал: «Разумеется, меня убеждает идея, что рациональная структура мира требует творческого разума, который создал эту рациональность, саму по себе необъяснимую». И он продолжал: «И если существование демиурга, - как он выразился, - кажется мне убедительным из того, что Вы сказали, я не вижу, что существует Бог-Любовь, благой, справедливый и милостивый. Я вижу, что есть разум, предшествующий разумности космоса, но остальное - нет». Итак, Бог остается для него сокрытым. Для него есть разум, который предшествует нашему разуму, нашей рациональности, разумности бытия, но нет вечной любви, великой милости, которая даёт нам жизнь.
И вот, во Христе, Бог явил Себя в полноте Своей истины, Он показал, что Он есть разум и любовь, что вечный разум есть любовь, и потому Он творит. К сожалению, и сегодня многие живут далеко от Христа, они не знают Его лица, и отсюда возникает вечное искушение дуализма, который скрывается, - в том числе, в письме этого профессора, - постоянно меняет свое обличье; иными словами, может быть, есть не только хороший принцип, но и плохой, принцип зла; вероятно, мир поделен и есть две равно могущественные силы, и добрый Бог - лишь часть реальности. Даже в богословии, не исключая и католическое богословие, в настоящее время распространяется этот тезис: Бог не всемогущ. Тем самым пытаются защитить Бога, заявляя, что Он не отвечает за зло, с которым мы сталкиваемся повсюду в мире. Какая жалкая защита! Бог не всемогущ? Зло неподвластно Ему? И как мы могли бы вверить себя этому Богу? Как мы могли бы быть уверены в Его любви, если эта любовь кончается там, где начинается власть зла?
Однако Бог перестал быть неведомым: в лике Распятого Христа мы видим Бога, и видим истинное всемогущество, а не миф о всемогуществе. Для нас, людей, всемогущество, власть всегда отождествляются со способностью уничтожать, творить зло. Но истинное всемогущество, явленное во Христе, как раз противоположно: в Нем истинное всемогущество - это любовь, ради которой Бог может принять страдание: здесь проявляется Его истинное всемогущество, которое готово идти вплоть до любви, страдающей ради нас. И таким образом мы видим, что Он - истинный Бог, Который есть любовь, и одновременно власть: власть любви. И мы можем довериться Его всемогущей любви и жить в этом, с этой всемогущей любовью.
Я думаю, что мы должны вновь и вновь размышлять об этой реальности, и благодарить Бога за то, что Он явил нам Себя, за то, что теперь мы знаем Его в лицо, лицом к лицу; не так, как Моисей, который мог видеть лишь спину Господа. Это тоже прекрасная идея, о которой св. Григорий Нисский говорит: «Видеть только спину Господа означает, что мы должны всегда следовать за Ним». Но в то же время Бог показал нам Свой облик, Свой Лик во Христе. Завеса в Храме разорвана, раскрыта, тайна Бога стала зримой. Первая заповедь, запрещающая изображения Бога, потому что они могут лишь умалить Его реальность, изменилась, обновилась, приняла иную форму. Теперь, во Христе-человеке, мы можем видеть Лик Бога, у нас есть иконы с изображением Христа, и таким образом увидеть, кто такой Бог.
Я думаю, что те, кто это понял, те, кого коснулась эта тайна, что Бог явил Себя, что завеса Храма разорвалась, что Он явил Свой Лик, находят в этом источник непреходящей радости. Мы можем лишь сказать: «Благодарим Тебя. Теперь мы знаем, кто Ты, кто такой Бог, и как отвечать Ему». И я думаю, что эта радость познания Бога, явившего Себя до самых глубин Своего бытия, также включает в себя радость сообщения об этом: Те, кого коснулась эта реальность, должны поступать так, как поступали первые ученики, которые пошли к своим друзьям и братьям и сказали им: «Мы нашли того, о ком говорили пророки. Он здесь». Миссия - это не внешний придаток веры, но скорее динамизм самой веры. Те, кто увидел, кто встретил Иисуса, должны идти к своим друзьям и сказать им: «Мы нашли Его. Это Иисус, который был распят за нас».
Далее в тексте говорится: «Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал». Тем самым мы возвращаемся к началу, к образу, к притче о лозе: она сотворена, чтобы приносить плод. И какой плод? Как мы уже сказали, этот плод есть любовь. В Ветхом Завете, с Торой в качестве первого этапа самооткровения Бога, этот плод понимался как праведность, то есть жизнь согласно Слову Божию, в согласии с волей Бога, и, следовательно, благополучная жизнь.
В Новом Завете эта идея продолжена, но одновременно превзойдена: истинная праведность состоит не в послушании отдельным нормам, но в любви, творческой любви, которая сама по себе является богатством, обилием блага. Изобилие - это одно из ключевых слов Нового Завета. Бог всегда даёт с избытком. Чтобы сотворить человека, Он сотворил этот избыточно огромный космос; чтобы искупить человека, Он отдал самого Себя, в Евхаристии Он даёт нам Себя. И каждый, кто соединён с Христом, кто стал ветвью на лозе, кто живёт согласно этому закону, уже не спрашивает: «Можно мне это или нельзя?», «Должен я делать это или не должен?» Но он живёт в энтузиазме любви, которая не спрашивает: «Можно или нельзя?», но в творческой любви желает жить с Христом и для Христа, и целиком отдать себя Ему, и таким образом обрести радость принесения плода. Вспомним также, что говорит Господь: «Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли...». Таков динамизм, присущий любви Христовой: идти, не оставаться одному, для себя, не созерцать своё совершенство, не обеспечить вечное блаженство только для себя. Но скорее - забыть о себе, идти, как шёл Христос, идти, как Бог пошёл от Своего безмерного величия к нашей нищете, чтобы помочь нам приносить истинный плод любви. Чем более мы исполнены этой радости открытия Лика Божия, тем более подлинным будет энтузиазм любви в нас, и он будет приносить плод.
И наконец, мы подошли к последним словам этого отрывка: «Дабы, чего ни попросите от Отца во имя Моё, Он дал вам». Это краткий катехизис о молитве, который не перестаёт удивлять нас. Дважды в 15-й главе Господь говорит: «Чего ни пожелаете, просите, и дано будет вам», и затем Он вновь повторят это в 16-й главе. И нам хочется сказать: «Господи, но это же неправда». Сколько праведных и искренних молитв, которые матери возносят о своих умирающих детях, остаются без ответа. Сколько людей молится о том, чтобы случилось некое благо, но Господь не слышит. Что в таком случае означает это обещание? В 16-й главе Господь дает ключ к пониманию. Он говорит, что Он дает нам - charà, радость. Кто обрел радость, тот обрел всё, тот всё видит в свете божественной любви. Подобно св. Франциску, который написал великий гимн творению в весьма безрадостной ситуации, но и там, рядом со страдающим Господом, он вновь открыл для себя красоту бытия, благость Бога, и сочинил эту великую песнь.
Полезно также будет вспомнить несколько стихов из Евангелия от Луки, где Господь в притче говорит о молитве: «Если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец Небесный даст Духа Святого просящим у Него!». Святой Дух в Евангелии от Луки - это радость, и в Евангелии от Иоанна Он - та же реальность: радость - это Святой Дух, и Святой Дух - это радость. Иначе говоря, мы не просим у Бога чего-то большого или малого. Молясь Ему, мы призываем божественный дар, Самого Бога. Вот сколь велик дар, который даёт нам Бог: Бог даёт самого Себя. Поэтому мы должны учиться молиться, молиться о великой реальности, божественной реальности, о том, чтобы Бог дал нам Себя, дал нам Духа, и благодаря этому мы смогли ответить на требования жизни и помочь другим в их страдании. Конечно, Иисус научил нас молитве «Отче наш». Мы можем молиться о многом. Во всех наших нуждах мы можем молиться: «Помоги мне!» Это совершенно по-человечески, и Бог, как мы видели, тоже человечен; поэтому будет верно просить Бога в молитве о малых вещах, связанных с нашей повседневной жизнью.
Одновременно молитва - это путешествие, я бы сказал лестница: мы должны всё больше и больше учиться тому, о чём мы можем молиться, а о чём - нет, поскольку это будет выражением нашего эгоизма. Мы не можем молиться о том, что может причинить вред другим, мы не можем молиться о том, что потворствует нашему эгоизму, нашей гордыне. Таким образом, молитва пред очами Бога становится процессом очищения наших помыслов, наших желаний. Как говорит Господь в притче о лозе: нам надлежит очищаться каждый день нашей жизни. Жизнь с Христом, жизнь во Христе, пребывание в Нём - это процесс очищения, и только через этот процесс постепенного очищения, освобождения от самих себя и от желаний, направленных только на себя, лежит путь истинной жизни, путь радости.
Как я уже сказал, все слова Господа имеют сакраментальный подтекст. Фундаментальный контекст притчи о лозе - это Крещение, которым мы прививаемся ко Христу, и Евхаристия, в которой мы становимся одним хлебом, одним телом, одной кровью, одной жизнью с Христом. Процесс очищения также имеет сакраментальный контекст: таинство Покаяния, или Примирения, в котором мы принимаем эту божественную педагогику, которая день за днем, на протяжении всей нашей жизни очищает нас, и всё больше делает нас истинными членами Его Тела. Таким образом, мы учимся тому, что Бог отвечает на наши молитвы, отвечает Своей добротой даже на маленькие просьбы, и не только отвечает, но часто также исправляет, преображает и направляет их таким образом, чтобы мы действительно становились ветвями Его Сына, истинной лозы, членами Его Тела.
Возблагодарим Бога за величие Его любви, помолимся, чтобы Он помог нам возрастать в Его любви и подлинно пребывать в ней.
